Сборная России по футболу
 

Главная
Матчи
Соперники
Игроки
Тренеры

 

ТРЕНЕРЫ

Гаджи ГАДЖИЕВ

Гаджи Гаджиев

Гаджиев Гаджи Муслимович. Заслуженный тренер России.

Родился 28 октября 1945 г. в г. Буйнакске Дагестанской АССР.

Воспитанник юношеской команды «Спартак» в г. Хасавюрте.

Выступал за любительские команды г. Хасавюрта (1959–1964), «Спартак» Ленинград (1964) и «Скороход» Ленинград (1965).

Тренер в ДЮСШ «Спартак», г. Хасавюрт (1961–1972). Тренер в команде «Спартак» Хасавюрт (1965–1972). Тренер в команде «Динамо» Махачкала (1972–1975). Ассистент главного тренера в клубе «Нефтчи» Баку (1983–1985). Ассистент главного тренера в олимпийской сборной СССР (1986–1988). Ассистент главного тренера в сборной СССР (1990–1992). Ассистент главного тренера в молодежной сборной России (1992–1997). Ассистент главного тренера в сборной России (1997–1998). Главный тренер клуба «Анжи» Махачкала (1999–2001, 2002–2003, 2010–2011, 2013–2014). Главный тренер клуба «Санфречче Хиросима» Хиросима, Япония (2001–2002). Тренер-консультант в клубе «Факел-Воронеж» Воронеж (2002). Тренер-консультант в клубе «Анжи» Махачкала (2002). Главный тренер клуба «Крылья Советов» Самара (2003–2006, 2012–2013). Главный тренер клуба «Сатурн» Раменское (2007–2008). Главный тренер клуба «Волга» Нижний Новгород (2012). Главный тренер клуба «Амкар» Пермь (2015–…).

Олимпийский чемпион Сеула 1988 года.

В 2000 и 2007 годах признан лучшим тренером России.

*  *  *

СТАЛ ТРЕНЕРОМ В 16 ЛЕТ

Как правило, главным тренером российского клуба высшего дивизиона является человек, который был в прошлом игроком с большой буквы. В крайнем случае — просто добротным футболистом. Но бывают и исключения, хотя и редко. К примеру, главный тренер «Анжи» Гаджи Гаджиев. Он вообще до взрослого футбола не добрался. Но при этом — парадокс — 20 лет отработал в системе сборных федерации футбола страны.

ОБ ОЧКАХ

Вообще-то в футбол Гаджиев играет неплохо — сам видел. В чешском городке Нимбурк, где махачкалинская команда проводила свой предпоследний предсезонный сбор, он с помощниками сражался в теннис-бол и в своей команде был лидером.

— Я рано понял, что играть в футбол на высоком уровне не сумею. В родном Хасавюрте был самым обычным мальчишкой, готовым, как и все, гонять мяч с утра до ночи. Потом записался в секцию. Наша юношеская команда стала чемпионом республики, а я даже побывал на смотринах в махачкалинском «Динамо».

— А дальше травма — и все, прощайте мечты?

— Нет, не травма. Зрение…

Гаджиев поправляет очки, и я вспоминаю, что контактные линзы изобрели не так давно. В середине 60-х их точно не было.

— Мы однажды проводили в Махачкале матч на стадионе «Динамо», на котором играет сегодня «Анжи». Он проходил при искусственном освещении. В лучах прожекторов я практически ничего не видел. Тогда и понял, что хорошим футболистом мне точно не стать. В очках ведь в большой футбол не играют.

О КНИГАХ

И Гаджиев начал самообразовываться.

— У меня всегда была тяга к книгам. Причем к книгам не просто про футбол, а которые помогают понять его суть. Читал всю методическую литературу, какая только попадалась в руки. Моих сверстников интересовали отчеты об играх, они узнавали из прессы подробности матчей, а я выуживал то, как надо тренироваться. Мне это было интересно. Безумно интересно. Выписывал все журналы, которые можно было достать в ту пору: польский «Пилка ножна», венгерский «Лабдаругаш», чехословацкий «Гол», не говоря уже о «Спортивных играх» и «Физкультуре и спорте». Уверен, что у меня самая богатая библиотека методической литературы в стране. Покупал книги на рынках, просил привезти из-за рубежа, а потом приставал к друзьям, чтобы перевели. А «Книга — почтой»? Штудировал каталоги и заказывал нужные издания.

— Вам это помогло в жизни?

— Очень. Оказалось, что это мой капитал. Словом, деньги я тратил не зря.

ОБ УЧЕБЕ

В 1972 году моему собеседнику было 26 лет. И 10-летний тренерский стаж за плечами.

— Тренировать я начал в 16. Юношей. Дискомфорта не испытывал, да и проблем в работе со сверстниками не было. Правда, сейчас немного смешно вспоминать, как кричал на них за курение. Очень сердился, очень. Потом была команда родного Хасавюрта, которая играла на первенство Дагестана. Неплохо, кстати, играла. Поэтому меня и пригласили в главную команду республики.

Вскоре после старта чемпионата-72 тренера, который работал с махачкалинцами, сняли. Главным стал Гаджиев. В 26 лет. Это, наверное, рекорд — самый молодой тренер профессиональной команды. И сомнительно, чтобы его в ближайшие годы превзошли.

— Мне помогал Валера Маслов, легендарный футболист и игрок в бенди. Справились. Даже удалось к концу турнира подняться повыше в таблице, финишировали не в аутсайдерах. А еще я отчислил шесть человек — за отношение к работе. И лучше стало. У меня не было препятствий для утверждения в роли главного тренера «Динамо». Однако мне тогда казалось, что будет лучше, если я отойду в сторону, поучусь у старших товарищей.

— А когда вы уехали в Москву?

— В 75-м мы стали чемпионами РСФСР, а зимой открылась школа тренеров. Я сразу в нее поступил.

— И как проходила учеба?

— Мной были довольны. И преподаватели, и сокурсники относились ко мне, кавказцу, который нигде не играл, тепло. У нас ведь чаще всего судят о человеке, который претендует на место тренера, в первую очередь как о футболисте, а уж потом все остальное. «Где играл?» — первый вопрос, который задают студенту ВШТ Может, будь отношение ко мне менее доброжелательным, я бы не остался в Москве. Атак втянулся, учился в охотку.

О МОСКВЕ

— На момент отъезда в столицу вы были холостым человеком?

— Женатым. И уже росли двое детей.

— А жили где?

— Я в Москве, они в Махачкале. Потом перевез их к себе, когда понял, что в Дагестан после получения диплома не вернусь.

— Почему?

— Не захотел вторым тренером возвращаться. Закончив ВШТ, приехал домой. Тогда команду принял Евгений Горянский — известный специалист, умелый тренер. Мне тогдашние спортивные власти республики предложили стать его помощником. Я отказался. Сказал, что в любом другом городе — Москве, Донецке, Минске — у Горянского вторым работать буду. Но не в Махачкале.

— Обиделись?

— Нет. Просто рассуждал так: зачем надо было посылать Гаджиева учиться, если потом не рассчитывать на него, как на главного тренера? Да, нигде не работал до этого, но вы разузнайте обо мне, позвоните в ВШТ, наведите справки. Словом, я вернулся в Москву.

— Наверное, квартиру долго не могли получить?

— Прилично. Снимали жилье. Можно сказать, что свою диссертацию я написал в метро. Дома было негде.

— А «лицом кавказской национальности» в столице себя ощущали?

— Да. Я кавказец. И случалось, мне давали это понять. Но не часто. Сегодня я уже не могу представить себя без Москвы. Это мой город, я его люблю.

О СЕМЬЕ

— У вас большая семья?

— Сестра и брат. Брат остался в Хасавюрте, его я редко вижу. Сестра в Махачкале, с ней встречаемся чаще. Родители тоже уже больше 20 лет живут в столице Дагестана.

-А дети?

— Дочери уже взрослые и самостоятельные. Но в любом случае они редко меня видели.

— Потому что, выбирая между футболом и домом, вы выбирали футбол?

— Да. Точнее, даже не выбирал. К моменту женитьбы четко знал, что футбол главное в моей жизни. Без него я точно не смог бы. Все остальное подстраивалось под футбол.

— Семья не роптала?

— Нет. Они знали, с кем имеют дело.

— Вам никогда не было жаль своих близких?

— Смотря какой смысл вы вкладываете в эти слова. Если говорить о том, что они обделены моим вниманием, то жаль. Да и самого себя иногда жаль… Но о том, что так вышло, не сожалею. Я сознательно выбрал свой путь и прошел его тоже сознательно, а не по воле обстоятельств.

ПРО СЕУЛ

— Больше 10 лет назад вы вошли в историю как тренер команды, которая принесла стране олимпийское золото. Капитан той сборной Виктор Лосев, характеризуя каждого члена коллектива, говорил, что Гаджиев отвечал за науку. Так и было?

— Электричество ведь тоже начиналось с науки. И водопровод — с теоремы Паскаля. Футбол развивается. В то время были в моде КНГ — комплексные научные группы. Потом мода прошла, сейчас снова вернулась. Наука или нет, дело второе. Просто надо думать. Это важно. А какой была моя роль, не столь принципиально. Главное, что мы тогда победили.

— Благодаря чему?

— Мы не могли не победить. За время своего существования эта команда не проиграла ни одного официального матча. А готовясь к Олимпиаде, мы не знали поражений больше года. Уже привыкли к успеху

— Правда, что гуляли после победы очень крепко?

— Правда. Не очень, а очень-очень. Повод был.

О КОЛЛЕГАХ И ДРУЖБЕ

Золото Сеула привлекло к Гаджиеву внимание. До этого он закончил аспирантуру, писал диссертацию, работал в аппарате Федерации футбола СССР. Пару раз отлучался в клубы. С Базилевичем пытался реанимировать ЦСКА, который в те годы медленно, но верно шел к вылету в первую лигу. А потом с Вячеславом Соловьевым съездил в Баку. Но об этом мало кто знал — Гаджиев был в тени знаменитых коллег. Как точно подметил в своей книге о футболе и жизни его нынешний соратник, лучший бомбардир второй союзной лиги всех времен Александр Маркаров, только после триумфа сборной в Сеуле многие в Дагестане узнали, что есть такой тренер, их земляк. После Игр-88 трио Бышовец — Сальков — Гаджиев провело вместе не год и не два.

— Вы можете назвать Бышовца своим другом?

— Это смотря что считать дружбой. Для меня он талантливый тренер, умный, думающий, знающий, как добиться успеха. И таким он останется для меня навсегда, что бы в его жизни ни происходило. Свое мнение о нем я не поменяю. Это можно назвать дружбой?

— Друзья обычно вместе пиво пьют, в баню ходят. Тайны друг другу доверяют.

— Если говорить о футболе, то мы друг другу тайны доверить можем. Ценим друг друга как профессионалов, поэтому и работали бок о бок не год и не два. Ну, а вне футбола у нас с Бышовцем отношения не настолько близкие, чтобы мы пошли вместе в баню. С Максимычем (Владимиром Сальковым. — А.А.) мы тоже уважаем друг друга как профессионалы, но собираться пиво пить специально не станем. Скажем так: о жизни мы почти не говорим, нас связывает футбол. Впрочем, в моей жизни он, повторяю, главное.

О ТРАГЕДИЯХ И НЕУДАЧАХ

— Вы и с Игнатьевым, еще одним бывшим главным тренером национальной команды, в свое время работали — в молодежной сборной.

— Хорошая у нас была команда, сильная, на большие дела способная. Уверен, что если бы не тот несчастный случай, могли стать первыми на чемпионате мира.

— Но не стали, умудрившись в четвертьфинале с нигерийцами пропустить за тайм 4 гола, ведя — 4:0, а затем проиграв в серии пенальти.

— Это непостижимо, необъяснимо. За 28 минут до финального свистка мы еще были впереди на 4 мяча…

— Это самая большая трагедия в вашей тренерской жизни?

Гаджи Гаджиев— Да.

— Даже 0:3 с шотландцами на Евро-92 меркнут перед этим?

— Даже. Кстати, тот чемпионат Европы был самым непонятным в моей тренерской карьере. Хотя, с другой стороны, все к этому шло. Видели бы вы, в каких условиях готовилась сборная СНГ! Приехав в Новогорск, Колыванов тут же стер ноги — газон от жары пересох и стал похож на бетон. Поле никто не поливал, потому что команда не была российской. Вообще, то, что мы представляли несуществующую страну без гимна и флага, сильно сказывалось. Тем более в пору, когда все хотели независимости. Один эпизод с украинцами чего стоит.

— А что тогда произошло?

— Накануне вылета в Швецию в Новогорск приехал один из тогдашних руководителей правительства России. Украинцы Михайличенко и Кузнецов, игравшие за границей, когда им сказали, что приехал такой-то, пожали плечами и спросили: «А это кто? И что он тут делает?» Они просто не знали этих людей. Союза уже не было, Россия только начинала свой путь как самостоятельная держава.

— Единства в той команде не было?

— За полем — нет. На поле же ребята бились. Если бы не случайный гол Хесслера, который, уверен, не смог бы повторить свой удар, мы бы выступили удачней.

— О матче с шотландцами до сих пор судачат: странный, мол…

— Обстановка накануне игры действительно была не очень хорошей. Бышовец даже провел специальное собрание, на котором подчеркнул, что разговоры о том, будто сопернику матч не нужен, надо прекратить — он ему нужен.

— А почему игроки решили, что матч последнего тура с уже потерявшими шансы шотландцами трудным не будет?

— Двое выступали в ту пору в «Глазго Рейнджерс». А может, фантазия у кого-то разыгралась. Именно фантазия. В итоге Фортуна над нами просто поиздевалась. Я и поныне уверен, что два рикошета, после которых тебе забивают нелепые голы, и три штанги, выручающие соперника, — это кара свыше. За мысли всякие…

— А последний цикл работы со сборной вспомним?

— Я согласен с теми, кто считает, что шесть поражений подряд — это слитком. Правда, был уговор, что за неудачи тренеров снимать не станут, чтобы они продолжили создание команды к отборочному турниру к чемпионату мира-2002. Но сняли в итоге именно за поражения.

О БЕЗРАБОТИЦЕ

— У вас теперь новая работа — в клубе.

— И она пока мне нравится (улыбается). Элемент новизны большой.

— А вы были безработным?

— Один раз. Месяца три. Очень тяжело пережил это время. Я ведь трудоголик.

— В прошлом году вы сотворили чудо, с первого захода выведя «Анжи» в высший дивизион. Этот год явно будет тяжелым вдвойне, потому что от вас ждут повторения чудес. Вы это понимаете?

— Я неглупый человек. Мне так кажется. Да, трудно будет, но мы попробуем снова доказать, что кое-что можем. На Кавказе мужчина вообще всегда что-то доказывает. Это его удел.

Андрей АНФИНОГЕНТОВ. Газета «Спорт-Экспресс», 15.05.2000

*  *  *

«ПОЕДУ ТУДА, ГДЕ НА НЕБЕ ЗВЕЗДЫ»
«Спорт-Экспресс», 05.12.2008
С Гаджи Гаджиевым мы договорились встретиться в его восточном ресторанчике «Канпай» на Большой Грузинской улице в Москве. Сели за стол в семь вечера и говорили, пока не заглянула в глаза официантка и нерешительно произнесла: «Через полчаса метро закроется…» Помещение, где обосновался «Канпай», Гаджиев купил еще в начале девяностых. А ресторан из небольшого зала сделали его друзья... Подробнее ››

на главную
матчи  соперники  игроки  тренеры
вверх

© Сборная России по футболу


 
Rambler's Top100
Рейтинг@Mail.ru