Сборная России по футболу
 

Главная
Матчи
Соперники
Игроки
Тренеры

 

СБОРНАЯ РОССИИ' 2007

НОВОСТИ

АЛЕКСЕЙ ИГОНИН - ЛЮБИМЫЙ ФУТБОЛИСТ ВИТАЛИЯ ЛЕОНТЬЕВИЧА

Алексей Игонин

Полузащитник "Сатурна" Алексей Игонин - удивительно мудрый для своих тридцати. Со взглядом на жизнь спокойным и снисходительным. Как написал в своей книге пан Петржела: "Добрый, порядочный парень..." Проговорив с Игониным часа полтора, охотно подтверждаю: добрый и порядочный. Петржела прав. Правда, тот же пан Властимил однажды не просто отобрал у Алексея капитанскую повязку, но и выставил из "Зенита" и любимого города вовсе.

ИКРА ЛОЖКАМИ

- Вас ведь когда-то собирались отчислять из интерната как футболиста бесперспективного?

- Было всякое. Я и выбрался-то наверх за счет желания - ни особых данных, ни задатков у меня не было. В "Зенит" попал чудом, повезло. Человек, который со мной работал в институте Лесгафта, стал тренером зенитовского дубля. Повел за собой целую группу игроков. Поле поделили на четыре квадрата, тренировалось человек семьдесят.

- Первую зарплату помните?

- До "Зенита" играл в мини-футбол. Зарплата у меня была сто долларов. Единственное, на что скопил, - хороший телевизор... Это еще ничего, прежде во дворе на пиво играл с мужиками.

- О настоящем футболе не думая?

- Нет. Хотя мальчишкой был уверен, что буду играть на чемпионатах мира. А в "Зените" - уж наверняка. Дома плакат висел с Гуллитом. А нашу мини-футбольную команду держали два серьезных бизнесмена, настоящие "новые русские". Не знаю, чем они на основной работе промышляли, но по футбольной части были энтузиасты. Давали деньги - и играли в удовольствие. В воротах у нас необычный человек стоял.

- То есть?

- Приезжал на шестисотом "мерседесе", на шее золотая цепь полкило весом. Висела из-под футболки. Ему не столько футбол нравился, сколько проводить с нами время. Кстати, вырос в неплохого голкипера. Соперники говорили: "В "Шестисотого" сильно не бейте, серьезные ребята на трибуне..."

- Что за ребята?

- Охрана, наверное. Со здоровенными шеями и в красных костюмах. Обалденное было время: играл в удовольствие, не думая вообще ни о чем. Самое большое несчастье - только зарплату получил, и сразу украли. Кстати, праздник был - день зарплаты. Хозяин команды держал ресторан "Полесье". Всей командой туда заваливались и отмечали. Столы ломились от еды, икры, водки...

- Водку - стаканами, икру - ложками?

- Икру ложками ел, с водкой был осторожнее. Хватало мероприятий, в которых надо было выкладываться. Как-то устроили баню. Поделились на две команды, кто в бассейне под водой продержится дольше. Меня отправили к ветеранам, которые к тому моменту проигрывали секунд сорок. Сказали: "Сиди в воде, пока не утонешь..."

- Сидели?

- Я схватился под водой за трубу, меня два раза пытались вытащить: "Твой соперник давно всплыл!" Но я этого не видел и этому не верил. А в 99-м, уже с "Зенитом" Кубок в Москве выиграл, - после матча увидел на трибуне тех самых моих друзей. Специально приехали из Питера болеть!

- Приятно было?

- Еще как. Люди не ушли со всеми, а сидели и ждали меня. Не знаю, как разглядел на трибуне, но кинул им футболку. Тогда-то и понял настоящую цену этому Кубку. Дошло сквозь усталость.

- После того Кубка ради вас Невский перекрывали.

- Грандиозное что-то было. Перекрыли весь Невский, нас рассадили по открытым военным автомобилям, на которых парады принимают. Потом еще на площади устроили что-то вроде митинга. Было огромное количество народа.

- Даже из самых выдающихся матчей помнятся эпизоды.

- У "Динамо" капитаном был Клюев, который только-только вернулся из Германии. Мне было настолько интересно против него сыграть! Вернувшиеся оттуда казались особенными. Думал: как оно там, за границей? Могу ли я соответствовать уровню парня из бундеслиги?

- И что Клюев показал?

- Ничего особенного. Надежно, без ошибок. Но - ничего яркого, без изюминки. После того матча его карьера вниз пошла. Вот наш Саша Панов тогда чудеса творил.

"НЕОТЕСАННЫЙ ТЕЛОК"

- Бышовец, тренировавший "Зенит", многое дал?

- Благодаря ему я и стал игроком. В 20 лет попал в основной состав, на меня свалились та-а-кие деньги... Можно было сделать очень много неправильного. Он, видно, это понимал - постоянно что-то подсказывал. Останавливал тренировку и занимался мной лично. Книжки всякие рекомендовал.

- Зато Садырин на вас наверняка кричал?

- А Садырин на всех кричал. Это его манера. Называл меня неотесанным телком. Технику я сейчас более или менее выровнял, могу мяч принять, - но тогда были большие проблемы. Школы-то у меня никакой - что я мог во дворе с мужиками поставить? Как-то защитник напортачил, а я оказался неподалеку. Садырин разбор устроил: "Этот такой-растакой, а Игонин вообще телок, что с него взять..." На следующий день я боялся показаться на глаза, а он уж все забыл. Мне и с Морозовым было просто. Когда меня выставили из "Зенита", не давали ни играть, ни тренироваться, Юрий Андреевич мне позвонил и попытался помочь...

- Как?

- У него друг в "Москве" работал, туда меня рекомендовал. Он был добрым человеком - о чем многие понятия не имеют.

- Неужели?

- Точно знаю. Помню, летом был перерыв, сборная играла на чемпионате мира в Японии. Я с такой опаской попросил лишних три-четыре дня к отпуску, чтобы в Турцию съездить, - но потом был в шоке от его реакции. Ответил: "Да конечно! О чем разговор?" Я думал, что это в принципе невозможно. Еще один эпизод вспоминаю часто. Я был капитаном "Зенита" в тот сезон, когда выиграли бронзу. В команде больших премий не видели. Много разговоров было на эту тему, и Морозов вдруг объявляет: "Я придумал систему, при которой можете заработать много!" Предложил: если займем четвертое место, все получают огромный бонус.

- Получили?

- Нет. Поговорили с ребятами, решили: лучше синица в руке. Какое там четвертое место, когда играли скверно?! Нам бы в десятку попасть! Морозов тогда сильно на нас обиделся: "Ничего не понимаете! Вы будете это место занимать!"

- Морозов был человеком нервным. Помните самый сильный срыв?

- Это происходило постоянно. Прилетели как-то после игры, автобус опоздал на 15 минут. Мы стояли и ждали, а Морозов в сторонке по телефону увольнял всех. Дозвонился до Мутко, кричал страшно. А было шесть часов утра.

КОСМОС

- Вы московскому "Динамо" 1:7 проигрывали. Говорят, Мутко распорядился пленку с записью этого матча уничтожить.

- Не знаю. Но на следующий день я подошел к Петржеле, говорю - давайте, мол, посмотрим запись, разберем мои личные ошибки. Он усмехнулся: "Нет, эту игру больше никто и никогда не увидит..." Гораздо приятнее возвращаться памятью к 96-му году. Во Владикавказе обыграли "Аланию", которая дома вообще не проигрывала. Я гол забил, нас в два часа ночи в Пулкове фанаты встречали. Ехали за нами до стадиона, это была первая такая акция.

- От двух вызовов в сборную что-то осталось кроме воспоминаний?

- Даже майки не осталось, отдал ее сразу же другу, который приехал встречать в аэропорт. Выпросил. А я думал: какие проблемы? Этих маек сборной еще столько будет в моей жизни! Но не жалко. Только одну майку меня жена попросила сохранить, которая от "Черноморца" осталась: "Сыну покажем, как твоя фамилия на украинском языке написана..."

- За сборную против Бразилии играли?

- Да. После того матча у меня сомнения в себе начались. Что на поле творилось, для меня было как космос. Вообще не понимал, зачем я играю в футбол, да и футболом ли это называется. Я пытался отобрать мяч, не мог - это был кошмар...

- Приблизительно то же самое было против "Болоньи"?

- Против "Болоньи" - несколько другая ситуация. Я понял, насколько мы физически отстаем от итальянцев. Колоссальная разница.

- Не задумывались: может, они какие-то таблетки едят?

- Знал на сто процентов, что это так. За границей большой спорт - на сорок процентов соревнование фармацевтов. Каждый футболист начиная с 15 лет начинает что-то принимать.

ГЛАЗА ИЗ ОРБИТ

- По Аршавину и в дубле было видно, что растет вундеркинд?

- Да, я его помню. Все думали: а-а-а, маленького роста, щупленький, вряд ли что-то получится во взрослом футболе... Но он был уверенный в себе и наглый. Это очень ему помогло.

- Морозов его ведь едва не выгнал?

- Морозов многих "едва не выгнал". Каждый день что-то было. Сейчас в "Урале" играет Леша Катульский. Моего роста парень, но весил меньше меня на семь-восемь килограммов. Мечтал прибавить в весе и массе. Как-то после взвешивания выяснилось, что он добавил только 400 граммов, - как же Морозов кричал! Это было что-то!

- Петржела на первых порах к вам хорошо относился, Лешкой называл...

- Да, было. Мутко просил меня помочь - человеку, мол, тяжело. Петржела много со мной советовался поначалу... Он быстро нас, зажатых, сумел расслабить, атмосфера стала хорошая. Но Петржела здесь говорил одно, в другом месте - все иначе. Однажды между кругами было очередное собрание акционеров, Мутко вышел и сразу ко мне: знаешь, я за тебя сражался, отстаивал, но этот человек, Петржела, уперся руками и ногами. Сказал, чтобы тебя вообще в команде не было. У меня глаза вылезли из орбит: может, Петржела перепутал фамилию? Как вообще такое может быть?!

- Что было дальше?

- Я пошел поговорить с самим Петржелой. И услышал: "Ты молодец, способен на многое, но я не вижу тебя в основном составе. Меняй команду. Если полгода не будешь играть, потом будет еще тяжелее..." Для меня это был шок.

- Со временем разобрались, почему так произошло?

- Не стал. Хоть слухи доходили: мне рассказали, что я пострадал из-за близости к Мутко... Да сам Виталий Леонтьевич как-то об этом сказал.

- Петржела убирал не игрока, а "человека Мутко"?

- Ну да.

- Каково это - быть любимым игроком президента?

- Контакт был хороший. Мог позвонить в любой момент, поговорить о чем угодно. Игроки меня отправляли: "Такая игра - подойди, скажи, чтоб премиальные побольше были..." Я это легко мог сделать.

- Но кто-то из игроков наверняка думал: вы докладываете Мутко, что делается внутри.

- Да-да, думаю, так и было. Это тоже как-то сказалось на ситуации. А последний день был таким: дождался, пока все из Удельной разъедутся, чтобы взглядами не сталкиваться, сложил вещички - и только на вахте меня поблагодарили, пожелали удачи. Грустно.

- До последнего дня не могли поверить, что уйдете из "Зенита"?

- Мы всегда говорили с Мутко, что "строим команду", контракт подписывали, но по большому счету бумаг между нами не было. Все на доверии. Он говорил: "Ни о чем не думай, потом будешь тренировать, мы тебя не оставим, ты столько отдал "Зениту"..." Я понятия не имел, что происходит в клубе. Вдруг мне говорят: "Знаешь, что Мутко практически уже не работает?!" - "Как не работает? Почему?!" - "Меняется спонсор, ставят другого". А Виталий Леонтьевич потихоньку переключился на свои дела.

- Ему стало не до вас?

- Да. И остался я без защиты. У меня даже не было по-человечески подписанного контракта. Сразу перевели на зарплату дублера.

- Сколько тогда платили дублерам?

- Мне дали максимальную ставку - почти две тысячи долларов. Но за год я не получил больше половины денег. "Кинули" меня, грубо говоря.

- Почему?

- Во-первых, слишком многое было обговорено на словах. Во-вторых, я в перерыве не сменил команду, как рекомендовали. 6 сентября у меня была свадьба - просто собраться и уехать из города я не мог. Если бы не моя будущая жена, в тот момент с ума сошел бы. Мы познакомились за два месяца до этого. Она говорила: "Я познакомилась с капитаном "Зенита", а вышла замуж за безработного, без денег...".

ШАМПАНСКОЕ С ЛАВРОВЫМ

- Подсчитывали, надолго ли хватит отложенного прежде?

- Перед свадьбой приглашенным сказали: "Все подарки - деньгами!" Потом эти деньги разделили: сколько до Нового года имеем право потратить, сколько после, сколько вообще трогать ни в коем случае нельзя. Какое-то время меня, еще числившегося в "Зените", Петржела выпускал на замену. Счет удерживать. Я даже форму начал набирать, все в команде думали: останусь. Удастся зацепиться. Но что было в голове у Петржелы, не просчитать. Отыграли заключительный матч сезона, собрались в гостинице. Чех после ужина меня поднял: "Мы прощаемся с Игониным, сегодня была его последняя игра за "Зенит".

- Тренер Петренко, уезжая в Латвию, сказал: "Позовет "Торпедо" - пойду назад пешком..."

- Хотите от меня услышать то же самое про "Зенит"? Я достаточно адекватный человек. В 30 лет сложно жить иллюзиями. Один раз по голове ударили - второй раз можно и не перенести.

- Зато о вашей свадьбе в Питере до сих пор помнят.

- Случайно получилось - в тот день "Зенит" проводил матч Кубка премьер-лиги. Я уже принадлежал самому себе. Многих серьезных людей пригласил нас поздравить - но было почему-то ясно, что они не смогут. Или просто - не придут. Думал, правда, что Виталий Леонтьевич хоть ненадолго заглянет, но и его не было. Мы зарегистрировались, катались на лимузине по городу - и решили заехать на стадион. А на "Петровском" матч, все перекрыто - не проедешь, даже лимузину не развернуться...

- Что сделали?

- Питер - город маленький, проблемы решаются легко. Позвонил своему большому другу из ГАИ, который на свадьбу прийти не смог, но на матче был. Тот по рации передал, чтобы нас пропустили. Поднялись в правительственную ложу - к большой неожиданности всех, кто там сидел. А там и Мутко, и Кирилл Лавров. Мне казалось, здорово получилось. Тут же отправили за шампанским Поваренкина, который может достать что угодно... Чокнулись, по стадиону объявление - и весь "Петровский" кричал: "Горько!" Прямо во время матча. Играли как раз с "Торпедо" - где Бородин, Осипов и Панов. Вечером с ними отметили.

- "Зенит" вас обманул с деньгами. А вообще обманывали часто?

- Сразу вспоминаю, как администратор "Зенита" рассказал душещипательную историю о том, что сын попал в аварию, разбил машину. Просил тысячу долларов, у меня не было - дал только 600. И он исчез. Потом выяснилось, многим рассказывал такие сказки. Я искал его, пытался деньги вернуть. Бесполезно.

ЗДЕСЬ И СЕЙЧАС

- Вас в свое время Романцев настойчиво зазывал в "Спартак"?

- До меня информация почти не доходила, хоть про "Спартак" слышал. Но, чтобы оказаться там, надо было идти на конфликт с "Зенитом". А я не хотел. Это сегодня времена другие, и, к примеру, Вайсс легко отпустит игрока, если у того солидное предложение. Посмотрите на Сабитова: я за парня просто рад! Ему было очень тяжело уходить! Через такие головоломки прошел: подключились и родители, и еще кое-кто. Но ему хватило мужества.

- А вам не хватило - оказаться в "Сатурне" гораздо раньше, чем оказались?

- Да. Мне бы тогдашнему да сегодняшнюю голову... Контракт со мной Мутко переподписывал за год до окончания предыдущего: "Алексей, даже не думай уходить! Ни при каких условиях!"

- Капитанская повязка от "Зенита" осталась?

- Когда думали о третьем месте, было три человека, которые заказали повязку - я ее даже до раздевалки не донес. Люди разработали план, как выбежать на поле после бронзового матча с "Ротором" и сорвать ее с меня. Кто первый успел, тот и получил.

- После Петржелы вы, наверное, от выходцев из чехословацкого футбола добра не ждали? И приход Вайсса восприняли настороженно?

- Петржела был отличным тренером, с феноменальным чутьем и фартом. Человеческие качества - это немножко другое.

- К кому из тренеров "Сатурна" было тяжелее всего приспособиться?

- К Тарханову. Он проповедовал футбол, от которого я совершенно далек. Техничный. Дал мне специальные упражнения, я постоянно оставался, долбил. В чем-то прибавил, но все равно было тяжело. Тем более на фоне бразильцев, которых в том "Сатурне" было полно.

- 30 лет - это мало?

- Это я так думаю! Вайсс об этом знает, сказал: "Игонин мне нужен, ему хватит и сил, и здоровья". А окажись на его месте кто-то другой? Кто поверит, что я пять лет еще отыграю?

- Когда футболисту исполняется 30 лет, в его душе настает хаос?

- Да! Все чаще мысли: а что же потом, после? Отсюда хаос и начинается...

- А что после?

- После - пустота. Читаю в газетах: люди в ВШТ поступают, пытаются сгладить тяжесть. Но это не выход, какая-то подделка.

- Готовы стать москвичом?

- Никогда. Даже на моем BMW до сих пор номера "78", питерские. Москвичи - люди действия, сюда со всего света "акулы" съезжаются. А в нашем городе люди мечтательные. Правда, все меняется, даже сравнивать прежний и нынешний "Зенит" бессмысленно. Тогда были идея и воздушные замки. Все было весело и красиво. А сейчас сделали какую-то машину - может, это и правильно... Но люди, которые болели за "Зенит" по тридцать лет, сегодня не в восторге. Ауры не стало. Раньше шли смотреть на игроков, а теперь - на результат. Задача просто порвать других: "Питер - сильнее".

- Но в прежнем "Зените" была дедовщина.

- В поколении до меня. Помню двусторонку с основой, в которой заканчивали играть люди времен Желудкова. С одним известным футболистом я стал бороться в штрафной, так он мне откровенно двинул по лицу. Чтобы не мешался.

- К чему московскому не привыкнете никогда?

- Темп здесь высоковатый. В первый год мне казалось, что привыкнуть не смогу ни к чему. Тогда метался между двумя городами. Как-то настолько соскучился по жене, что в девять вечера вылетел домой, а на первом самолете вернулся обратно. Сейчас проще.

- Вернуться бы лет на десять назад - какую ошибку не повторили бы?

- Отогнал бы мысль, что все впереди. Все не впереди, а здесь и сейчас. В футболе нельзя жить будущим.

Юрий ГОЛЫШАК. «Спорт-Экспресс», 27.04.2007

на главную
матчи  соперники  игроки  тренеры
вверх

© Сборная России по футболу


 
Rambler's Top100
Рейтинг@Mail.ru