Сборная России по футболу
 

Главная
Матчи
Соперники
Игроки
Тренеры

   

НОВОСТИ

АНТОН ШУНИН: В ВОРОТАХ ОКАЗАЛСЯ СЛУЧАЙНО

Антон Шунин

Все, кто хоть раз общался с 20-летним Антоном Шуниным, голкипером «Динамо» и сборной России, отмечают его рассудительность, доброту и порядочность. А еще этот юноша – один из немногих футболистов, поражающих и журналистов, и болельщиков: Антон никогда не откажет в послематчевом интервью и автографе. Интересно, у этого человека вообще есть недостатки? Шунин считает, что их хватает.

Стисни зубы и работай!

– Антон, за короткий срок вы проделали длинный путь – от дубля «Динамо» до первой сборной. Не пугает такая стремительность?

– Не пугает, но если вот так задуматься: я очень многое успел сделать за один сезон – и сейчас, чувствую, становится тяжеловато. Нагрузка на меня выпала большая, и если на старте было попроще, сил хватало, то сейчас играю на фоне усталости. Но… Требования возрастают, работать надо без остановки, никаких передышек в нашей профессии не предусмотрено. Ничего страшного – перетерплю и привыкну.

– Наверное, и психологическая усталость накопилась, ведь результата требуют всегда и везде?

– Да, особенно сейчас, под конец сезона, когда осталось сделать всего несколько шагов. Столько матчей отыграл… Конечно, это непросто, хотя, с другой стороны, все находятся в одинаковых условиях, все устают, неважно – опытный ты или дебютант. Остается стиснуть зубы и продолжать работать. А как по-другому?

– В начале нынешнего сезона вы могли себе представить такой прогресс? Наверняка ставили перед собой иные цели, о попадании в первую сборную не думали…

– Перед стартом моей задачей было пробиться в молодежную сборную, но получилось то, чего – вы правы – я совсем не ожидал. Вызов в главную команду страны – это аванс, который надо отрабатывать. Но я считаю, что такое внимание ко мне со стороны наставников сборной – не только личная заслуга. Со мной работают динамовские тренеры, да и вся команда своей игрой и результатами поспособствовала вызову. Все взаимосвязано.

– Быстро привыкаете к новым жизненным ситуациям?

– Я стараюсь максимально быстро подстроиться. Если говорить о приглашении в сборную – так ведь к этому все и стремятся, как и к «основе» своего клуба. Раз я достиг этого, надо привыкать и ставить перед собой более высокие цели. Еще такой момент: непростые периоды стараюсь преодолевать поскорее. Если станешь постоянно думать об этом, пытаться осмыслить, проанализировать – будет только тяжелее, хуже для дела. Можно так себя накрутить…

– От ваших слов веет юношеским максимализмом. Не все же ставят перед собой целью, скажем, чемпионство…

– Вы намекаете на то, что для кого-то финансы стоят на первом плане? Я скажу за себя: мои родители достаточно обеспеченные люди, и мы с младшим братом никогда ни в чем не нуждались, поэтому деньги для меня не стоят во главе угла. Зато я очень люблю играть в футбол. Я стремился попасть в «Динамо», в основной состав команды, и каждый год внушал себе, что буду играть на этом стадионе, выходить на это поле. У меня было огромное желание добиться своей цели, и я все делал для ее достижения.

Я мечтал о популярности

– Вы говорите, что у вас обеспеченная семья. Чаще с помощью футбола в люди стремятся выбраться те, для кого эта игра – единственный шанс чего-то добиться в жизни. Как родители отнеслись к тому, что их ребенок избрал довольно травмоопасную профессию?

– Изначально о такой профессии и речи не шло. Меня отдали в секцию не для того, чтобы я стал известным спортсменом, а просто чтобы не шлялся по дворам. Школа всегда стояла у меня на первом месте. Когда же пришлось делать выбор, родители не стали препятствовать тренировкам. Они видели, как мне нравится играть, и позволили выбрать эту специальность, но учебу я не должен был забрасывать. Помню, приходилось очень тяжело, садился делать уроки в 12 часов ночи, а то и позднее. Времени катастрофически не хватало. Тем не менее школу я окончил без троек и продолжил дальше заниматься футболом. Мой папа с шести лет болеет за «Динамо» – может, и это поспособствовало.

– Насколько футболисту важно окончить школу без троек?

– Для меня было важно получить нормальное образование.

– Значит, не родители подталкивали к учебе, сами осознавали?

– На тот момент – родители, поскольку мне было настолько тяжело совмещать спорт и обучение… Иногда хотелось просто поваляться дома и никуда не ходить. У меня абсолютно не было времени на отдых, даже в выходные я занимался, поэтому маме и папе часто приходилось меня подгонять. Они постоянно говорили, что, если с футболом не получится, образование поможет пробиться в жизни.

– Кем же они хотели вас видеть?

– Какой-то конкретной профессии мы не рассматривали. Просто родители хотели, чтобы я стал неглупым человеком.

– Вы сейчас личность достаточно популярная. Не напрягает?

– Нет. Я всегда мечтал о такой жизни, поэтому повышенное внимание болельщиков и прессы мне не в тягость. Я уважаю наших поклонников, стараюсь всегда поаплодировать им, не отказываю в автографах и фото. Я понимаю, что это часть нашей работы, и потом, мне доставляет удовольствие общение с людьми. Кстати, на улице меня не часто узнают, иногда подходят, спрашивают как дела, про команду спрашивают. Ничего «надоедливого» я в этом не вижу.

– А как родители реагируют на вашу популярность?

– Нормально. Правда, они иногда подправляют некоторые фразы, которые я говорю не совсем правильно. Моя мама собирает все газеты, все материалы с моими комментариями, и если видит, что я сказал что-то не так или написали неверно, она всегда разъясняет, как именно надо было говорить, просит, чтобы я был внимательнее к своим словам. Я согласен, родители опытнее.

– Вы можете ослушаться, поступить по-своему?

– Конечно, но ведь они мне аргументированно все объясняют, а не просто пеняют на ошибки. Отец – далекий от футбола человек, но он говорит очень много правильных вещей, растолковывает какие-то моменты. А кого слушать, если не родителей, у кого жизни учиться? Есть, конечно, тренеры, но папа и мама, естественно, больше времени уделяют. Наставники – это немного другое: они сказали – ты идешь и делаешь, зачастую даже не задумываясь, нужно ли это.

Предательство и измену не прощу

– Популярность к чему-то обязывает?

– Я считаю, надо всегда оставаться собой, а не играть на публику. Не изображать то, чего нет. Какой в этом смысл? Если у тебя имеются какие-то недостатки, зачем их скрывать? Все равно рано или поздно характер проявится.

– И какие недостатки вы замечаете в себе?

– Со стороны виднее (улыбается). На самом деле я понимаю, что они есть у каждого, поэтому болельщики всегда могут что-то заметить или увидеть то, что им не понравится. Вспоминаю недавний случай: я ездил на телепередачу и надел розовую майку, так после этого люди стали писать, что у меня проблемы с ориентацией.

– Обижают подобные нападки?

– Не обижают. Я уже много раз говорил, что у меня есть девушка, поэтому остается только удивляться подобным сплетням.

– Вас вообще легко обидеть?

– Наверное, нет. Ситуации разные бывают, и если меня задели, то стараюсь обиды не показывать. Просто иногда люди хотят помочь и говорят такие вещи, которых не стоило бы говорить. Но они же не знают, что обижают меня.

– Вы умеете прощать?

– У меня есть жизненные принципы, и некоторые вещи я простить не могу – предательство, измену, например. Были ситуации, когда мне приходилось рвать контакты с людьми, которые поступали непорядочно, в моем понимании. Я считаю, если что-то делается осознанно, значит, человек знает, чем он рискует.

– Насколько вы самокритичный человек?

– Не настолько, чтобы заниматься самоедством. Но свои игровые моменты, конечно, разбираю с пристрастием. Я понимаю, что спорт – это такая вещь, где себя не убережешь от каких-то неудач. Будут еще и ошибки, и критика – все-таки я молодой и не настолько опытный, как другие вратари.

– Откуда у 20-летнего человека такая рассудительность?

– Ой, трудно сказать… Может, «по генам» передалась, а может, это потому, что я люблю думать и анализировать. Очень важен круг общения, в котором вращаешься, ведь ты всегда наблюдаешь за людьми и делаешь выводы.

Кричу, но только про себя

– Я знаю, что ваш брат тоже занимался футболом.

– И он был гораздо перспективнее меня, ему легче все давалось и лучше получалось на поле.

– А вы сразу встали в «рамку»?

– Нет. До девяти лет играл левого защитника – я ведь левша. В ворота же попал случайно: никогда не выделялся ни габаритами, ни ростом – всегда был ниже среднего, но тренер увидел моего папу, в котором метр девяносто шесть, и попросил меня встать в «рамку», так как по стечению обстоятельств в тот момент у нас не было голкипера. Поначалу я даже не понимал, чем занимаюсь и как играть в воротах. Потом пошло-поехало, хотя я числился вторым вратарем. Но жизнь сложилась так, что я попал в люберецкое «Торпедо», побыл там пару месяцев, съездил на турнир, причем играл на поле, и достаточно успешно – даже забивал, а потом «сломался» наш голкипер, и я снова встал в ворота. Наставнику понравилось, как я играю в «рамке», он увидел дальнейшую перспективу и стал после тренировок заниматься со мной дополнительно. Спустя какое-то время «Торпедо» отправилось на турнир во Францию. После возвращения я попросился обратно в динамовскую школу, и меня приняли. Вскоре я стал первым номером.

– Когда игра идет на другой половине поля, лезут посторонние мысли в голову?

– Обычно нет. Я слежу за ходом матча и переживаю за ребят. Советую про себя, чтобы пас отдали, например, или били по воротам. Как болельщики на трибунах кричат что-то, подсказывают, так и я. Только про себя.

– На поле бывает страшно?

– У меня никогда не возникает мысли, что могу получить травму, я вижу мяч и стремлюсь его достать, даже несмотря на то, что могу столкнуться с соперником или своим защитником и получить болезненный удар. Для голкипера травмы – достаточно частое явление, такая уж профессия. Если начнешь себя беречь, еще больше повреждений будет. Это доказано.

– Трудно ли вас переубедить?

– Иногда проблематично. Не скажу, что у меня простой характер. Я достаточно эмоциональный человек на поле, хотя в жизни со мной легко найти общий язык.

– В детстве дрались?

– Какой же мальчишка не дрался и не приходил домой с синяками? В жизни всякое бывает. Даже на тренировках и в матчах потасовки нередки. Не так давно приехал на стадион «Динамо» по делам и увидел, как здоровый мужик сцепился с охранником, сильно уступающим ему в габаритах. Рядом стоял другой охранник – высокий и крепкий. Он даже не подошел. Я вышел из машины и начал разнимать дерущихся. Очень неприятно все это.

– Что может вывести вас из себя?

– Больше всего раздражают пьяные люди, которые сами не понимают, что говорят.

– Насколько тяжело вратарю обрести уверенность после неудачной игры?

– Все проходит через работу. Конечно, продолжаешь думать о поражении, остается осадок, но после хороших тренировок негативные мысли обычно улетучиваются. Если на занятиях я не допускаю ошибок, настроение сразу поднимается.

– Какую цель ставит сейчас перед собой вратарь Шунин?

– Мне хотелось бы, чтобы «Динамо» заняло первое место в чемпионате России, чтобы команда сыграла в еврокубках. На самом деле надо стремиться, выжидать, и если действительно задаться целью – всегда ее достигнешь.

– У вас идеалистический подход к жизни.

– Жизнь – как футбол: нужно всегда ставить самые высокие задачи. Не пятое место или попадание в тройку, а только чемпионство. Надо бороться до конца, а не просто номер отбывать.

Елена Григорьевская. «Спорт день за днем», 30.08.2007

на главную
матчи  соперники  игроки  тренеры
вверх

© Сборная России по футболу


 
Rambler's Top100
Рейтинг@Mail.ru