СБОРНАЯ РОССИИ ПО ФУТБОЛУ • СБОРНАЯ СССР ПО ФУТБОЛУ
Сборная России по футболу
 

Главная
Матчи
Соперники
Игроки
Тренеры

   

НОВОСТИ

СТАНИСЛАВ ЧЕРЧЕСОВ: Я ПАДАТЬ УМЕЮ

Накануне матчей 1/16 Кубка УЕФА против «Марселя» главный тренер «Спартака» Станислав Черчесов рассказал журналу PROспорт о кнуте и прянике своего тренерского метода.

РАБОТАТЬ

- 15 лет в немецко-австрийском футболе не изменили ваших взглядов на футбол?

- Есть принципы, которыми я не торгую. Ни в Австрии, ни в Германии – нигде.

- Почему?

- Смотрите матчи. Я не хотел бы 10 заповедей формулировать – почему да зачем.

- Игра низом, в одно-два касания – это близко вам?

- В матче Кубка Первого канала с «Црвеной Звездой» вы это увидели, не так ли?

- Вы часто повторяете слова «работа», «работать». А понятиям «талант», «творчество» есть место в вашей футбольной философии?

- Нет. Мы работаем, чтобы играть. Чтобы вот эта тетя играла нам (Черчесов указывает в сторону рояля, который звучит в гостиничном холле. – PROспорт), она тоже, наверное, дома работает. Вот один говорил: день не поиграю – сам чувствую, второй день не поиграю – зритель чувствует. Так и мы. Футбол – игра. Чтобы хорошо играть в нее, надо хорошо поработать. Чем мы и занимаемся сейчас. Мне в детском футболе говорили: в работе все пройдет. А творчество – оно само собой. Футболисты знают: надо выполнить от сих до сих, а в остальном творите, но чтобы это не мешало делу. Я же говорю: вы сами все видели. И никто никого не останавливает.

- Еще вы часто обращаетесь к теме дисциплины, подчеркиваете, что наладили ее, придя в команду. А бывает ли так, что в коллективе дисциплина, а результата нет?

- Такого в принципе не бывает. Бывает, что дисциплина убивает личность. Футболисты же прекрасно знают: за ними никто не смотрит. Есть доверие определенное, и раскрыться человек может, если он свободен. Но свободен не расхлябанно, когда он делает, что ему хочется. Чтобы человек не оглядывался: ой, а что, а я…

- И вас никто не подводит в этом смысле?

- Ну, есть какие-то мелочи. Так же и на поле. Я говорю: любое ваше решение я принимаю. Но это решение должно быть исполнено с уверенностью. И никаких там «творчеств»! Грубо говоря, если поделить футбольное поле на три зоны, то выходит: в своей – без риска, в середине – калькулировать риск, ну а там творите. Но не надо играться, надо играть. Ситуацию нужно играть так, как она есть.

- А бывают ли в принципе такие поражения, в которых пользы больше, чем вреда?

- Вот киевское «Динамо» нам помогло.

- Вы после него даже внеплановый разбор игры учинили. Неужели так расстроились из-за товарищеского поражения?

- Нет-нет. Если бы вы не задали этот вопрос – ситуация воспринималась бы неверно. Вот как я смотрю на это. 0:3 – эту вещь надо быстро забыть и вычеркнуть из жизни. Чем быстрее, тем лучше. Естественно, быстрее – не сразу после игры, в раздевалке, потому что там никто ничего не поймет. После таких игр бывают три вещи. Три. Главных. Кому-то покажется, что он совсем плохой, кому-то покажется: я один был хорош, а все остальные никакие, ну и третье, самое плохое – безразличие. И вот чтобы ни у кого мысли не возникло, что кто-то бездарный, кто-то супер, а кто-то безразличный, – это надо убивать.

- Вы сыграли на опережение?

- Естественно. И на второй день команда уже тренировалась, а потом были 5:2 с «Црвеной Звездой». Игру вы видели.

- Но мы видели и немножко другой состав «Спартака».

- Выводы мы делаем все-таки.

- Вам голос приходится повышать на футболистов?

- Такое бывает, но это не крик. Я сам не любил крик, когда был футболистом, – я ничего не слышал в таких случаях. Другое дело, когда голос требовательный, но не кричащий.

- В прошлом году вы неоднократно указывали на то, что «Спартак» при вас заиграл по-другому, в частности, быстрее. А что вы планируете сделать с игрой команды в 2008-м?

- В плане игры мы сделали несколько вещей: стали компактнее, целеустремленнее, стали, как ты говоришь, чуть-чуть мобильнее, ну и конец сезона показал, что мы научились терпеть.

- Терпеть?

- Терпеть – это, например, с «Цюрихом», когда мы уже абсолютно не в том состоянии 1:0 на зубах выиграли. В Праге, когда нам 15 минут уже просто нечем было играть – 0:0 сыграли. Это умение играть на результат, как бы тяжело ни было. Вот с Киевом нам это не удалось. Было очень тяжело, но все равно надо.

- Из Киева в «Москву» приехал Блохин. У вас появился новый принципиальный соперник в столице?

«Я говорю: любое ваше решение я принимаю. Но это решение должно быть исполнено с уверенностью. И никаких там «творчеств»!»
- Нет, нет. Мы же с ФК «Москва» играем, а не Блохин – Черчесов. В конце концов, я и в прощальном матче Блохина играл, насколько я помню, это был мой первый вызов в сборную. С удовольствием его опять увижу.

- Сезон разделен чемпионатом Европы на две части. Вы сейчас можете увидеть, когда команда выйдет на пик формы, а когда, возможно, «Спартак» ожидает спад?

- Если б я все видел, если б я все видел… Паузы у нас нет. Будет идти чемпионат Европы, за которым мы будем пристально следить и болеть за наших, а одновременно...

- Работать

- Правильно.

ОТДЫХАТЬ

- В отпуске пришлось перечитать старые конспекты? Все-таки первая в России зимняя предсезонка.

- Нет. Конспекты бы не пригодились – у меня ведь до этого были другие предсезонки, причем австрийские. А сейчас все другое. Но я думаю, мы правильно готовимся.

- А на горных лыжах еще футболистом кататься полюбили?

- Нет! Два дня этому делу посвятил в отпуске. Расскажу, как научился. Это случилось, когда я уже закончил играть в футбол. Ко мне приехал товарищ, и я, прожив там 11 лет, впервые встал на лыжи. А так как я падать умею, не боялся, то поехал. Когда играть заканчиваешь, начинает не хватать того адреналина. А тут раз – и понравилось.

- А падения-то были поначалу?

- Честно говоря, нет. Вот такой я – встал и поехал.

- Градацию сложности склонов уже освоили?

- Я со всех катаюсь. Честно говоря, не знал, на какой залез, но спустился, все нормально. Ну, бывает. Единственная проблема до сих пор, поскольку меня никто не учил, – вот так останавливаться не могу (Черчесов показывает сведенные углом ладони. – PROспорт).

- Плугом?

- Плугом. Это, говорят, самое легкое?

- Да, с этого обычно начинают.

- Ну, а я начал сразу на параллельных лыжах. У меня, знаешь, хорошая зрительная память: смотрю и повторяю.

УХОДИТЬ И ВОЗВРАЩАТЬСЯ

- В прошлом сезоне были матчи, когда вы вдруг понимали, что не все под вашим контролем?

- Так было, пожалуй, в Казани. С самого начала все шло не так, потому что накануне играли сборные, у наших футболистов было много перелетов.

- Матч с «Локомотивом» теперь как вспоминаете? Со смехом?

- Нет, спокойно. Футбол… Я рад, что мы доставили вам определенное удовольствие. Вспоминаю, как сказал один мой товарищ после «Селтика»: ну вы и адреналину в Россию впрыснули! С одной стороны, не добились того, чего хотели, но и равнодушными никого не оставили, это приятно.

- Команду покинула большая группа игроков: Торбинский, Ковалевски, Бояринцев, Жедер. Это болезненный для вас процесс?

- Все течет, все меняется. То, что наших игроков оценивают, – уже хорошо. Жедер сделал операцию на колене, а мы играем на синтетическом поле. Еще и конкуренция у нас большая на этой позиции. Поступило предложение, мы его рассмотрели. Человеку 29 лет, решили его отдать. Продали мы его намного дороже, чем купили. У Бояринцева закончился контракт, мы ему предложили новый. Он сомневался, под-пи-сы-вать – не подписывать, а так как гарантированных мест в составе нет ни у кого…

- Вообще?

- …вообще. Он принял решение. Мы с ним долго говорили. Главное, чтобы у него в «Шиннике» заладилось, потому что парень действительно хороший, открытый, командный. Жалко расставаться, но что ж… Любого человека обманывать нельзя, а футболиста – тем более. Ковалевски… У нас есть Плетикоса, который доказал, что он номер один на сегодняшний день.

- А Ребко?

- Я принял команду, он потренировался пару дней, потом пришел и сказал, что хочет уйти. Но я-то человек более опытный. Говорю: спокойно, дай хоть друг друга узнать. Если бы сказал – иди, значит, я плохой тренер. Потому что пока от человека ничего не потребовал, не узнал его сильные стороны, не дал ему раскрыться – расставаться рано. Но он опять пришел: хочу. Я сказал: о’кей, зеленый свет! Так же было и с Квинси. Но если завтра Ребко скажет, что хочет вернуться, я скажу: хорошо, приходи, тренируйся, если ты хочешь остаться и доказать. Я ведь и сам уходил из «Спартака» и возвращался.

- Вот вернулся Павленко. У него есть шанс?

- Отношение у меня к нему такое, какое у него к нашим требованиям. Тут нет «люблю – не люблю».

- Вы его видите на краю или в центре?

- Я не хочу, чтобы он узнал это из прессы. Он это должен узнать от меня лично.

- А он пока не знает?

- Пока нет. Так же, как и Майдана, кстати. Пришел человек – ну, пускай пока играет, как другие его учили. Не хочу его сразу загрузить, чтобы он забыл, что умеет, не успев понять, что мы хотим. Пусть играет. А дальше мы его поправим.

- Но похвалите же хоть кого-нибудь! Вот Динеева, например, Динеев хорошо играет.

- Я по поводу Динеева могу похвалить нас обоих. Когда назначили в матче с сербами штрафной и они начали на поле дискутировать, я, хоть и не люблю вмешиваться, сказал: Динеев! Потому что на каждой тренировке я вижу, как он «сушит» нашим вратарям руки. Так что гол мы поделили на двоих.

- С Торбинским из «Спартака» ушел ведь не просто левый хав – ушел футболист, который был мотором, вносил динамизм в игру. Эти качества остались в команде?

- Никто не хотел терять Торбинского. Он парень непростой, но интересный. Время покажет. Он наш игрок, я сам пять раз уходил и возвращался.

- Вы сказали, что Дима, если что, ваш телефон знает. Думаете, позвонит? В смысле, не с Новым годом поздравить, а по делу?

- Так сначала надо поздравить! Чтобы я был немножко готов к серьезному разговору. Кстати, очень многие, которые меня не понимали, звонят. Удивляюсь даже. Через пять лет, десять…

ТЕРПЕТЬ

- Для вас схема 4-4-2 единственная?

- Ну, если вы обратили внимание, в Нальчике мы играли вроде бы 4-4-2, но Веллитон при этом был чуть сзади. Вроде и нападающий, а занимается другим делом.

- А эксперименты? Три защитника, три хава в центре?

- Три хавбека центральных – нет. Если мы играем с одним нападающим, уж больно хорошо должны фланги работать. Ну не получается у нас так. К тому же нападающему в таком случае надо много двигаться, цепляться за мяч, а у нас у Ромы Павлюченко другие сильные стороны. Он все-таки игрок последнего удара. Но, может быть, в новом году что-то изменится.

- Пару центральных защитников Филипенко – Ковач видите основной?

- Пока рано так говорить. Филипенко получил шанс и в Израиле довольно прилично отыграл. Жалко, что он не сможет выйти против «Марселя», поскольку заигран за БАТЭ.

- Йиранек с лета не может вылечить свой ахилл. Вас это еще не утомляет?

- Нет. Я и сам, когда получил первую, единственную и самую тяжелую травму, не играл год и два месяца, так что если меня терпели, то и я могу потерпеть. Я был в его шкуре, он мой футболист, а детей своих надо терпеть.

- Каков ваш идеальный стартовый состав на данный момент?

- Не спрашивайте, потому что я все равно не скажу. Это так все быстро меняется, а фамилии называть вообще никогда не хочется. Не люблю, как многие, говорить: в день игры решим. Так не бывает в принципе, потому что какой-то костяк должен быть. Но этот костяк должен быть не выдуманный – по контрактам, кто больше получает, или по заслугам – а реальный. У нас 13-го игра, и на нее должен выйти тот, кто лучше готов. Потому что все в разные сроки набирают форму. 13-го числа игра, мы представляем свою страну, и никаких отговорок насчет скомканной подготовки у меня нет.

- Смотрели «Марсель» в деле?

- Да, Дима Попов ездил. Когда они только нам попались, я говорил, что они занимают в чемпионате Франции не свое место. Теперь они поднимаются, для нас это вызов. Нормально!

Роман ТРУШЕЧКИН. «Sports.Ru», 18.02.2008

на главную
матчи  соперники  игроки  тренеры
вверх

© Сборная России по футболу


 
Rambler's Top100
Рейтинг@Mail.ru