СБОРНАЯ РОССИИ ПО ФУТБОЛУ • СБОРНАЯ СССР ПО ФУТБОЛУ
Сборная России по футболу
 

Главная
Матчи
Соперники
Игроки
Тренеры

   

НОВОСТИ

ЗА ЧТО У НАС БЫШОВЦА НЕ ЛЮБЯТ?

«Никак не пойму, почему у нас Бышовца не любят, - эксперт «ССФ» Евгений Ловчев недоумевал на редакционной планерке. - Блестящий игрок, успешный тренер (одно «золото» Олимпиады-1988 чего стоит!), а вот не востребован. Дайте, я с ним поговорю! Я же с ним играл, от меня ему таить нечего».

Анатолий Федорович не стал отказываться от предложения Евгения Серафимовича.

ЕВГЕНИЙ ЛОВЧЕВ (СЛЕВА) И АНАТОЛИЙ БЫШОВЕЦ
ЕВГЕНИЙ ЛОВЧЕВ (СЛЕВА) НЕ СТЕСНЯЛСЯ ЗАДАВАТЬ НЕУДОБНЫЕ ВОПРОСЫ, А АНАТОЛИЙ
БЫШОВЕЦ НИ РАЗУ НЕ СКАЗАЛ: ЭТО НЕ ДЛЯ ПЕЧАТИ. Фото: sovsport.ru


ШЕЛ К ЗАМПРЕДУ...

Ловчев: Я смотрел ТВ, и журналист Алексей Андронов в эфире сказал: Бышовец берет деньги за то, что ставит игроков в состав. Я просто обалдел! Потому что знаю тебя и знаю, что не может тренер, выйдя на такой уровень, так опуститься. Это полный абсурд! Но ведь это я знаю, а для многих обывателей у тебя негативный образ какого-то интригана и стяжателя... И вот я хочу восстановить справедливость и показать другого Бышовца - того, которого я знаю...

Бышовец: Женя, а я от этого не страдаю. Негативного образа не ощущаю ни в общении с игроками, ни с большинством тренеров, ни тем более с болельщиками, которые и в Питере, и в Томи встречают меня аплодисментами. Настолько очевидно, что речь шла об интриганстве, о борьбе за место главного тренера - в том случае «Локомотива», - и, естественно, вбрасывается совершенно неправдоподобный якобы компромат. Чтобы нарушить атмосферу в команде и навредить мне...

- Ладно, cначала объясни некоторые свои «ходы»: 1998 год, у тебя отличный контракт с «Зенитом» - получаешь в зависимости от результата, команда на первом месте, и ты вдруг уходишь...

- А ведь, перед тем как уйти в сборную, мне в «Зените» предлагали хороший контракт на три года, но я отказался его подписывать. Потом Мутко (в ту пору президент «Зенита». - Прим. ред.) мне сказал: не могу понять, почему. «Потому что это было бы нечестно!»

- Ты хотел совмещать...

- Да, но мне запретили. Не знаю, чья была инициатива - Колоскова или Мутко. Вопрос встал - или-или. Я остался в сборной. Конечно, потерял деньги, но, во-первых, приглашение в сборную - это большая честь, и потом... решать сложные задачи - это у меня какая-то внутренняя потребность. Ведь я и из «Динамо» в 1990-м уходил в сборную СССР, когда команда шла на первом месте. Но там была другая причина: за меня начали решать вопросы - продали Добровольского и так далее...

- В «Динамо» ты сменил Эдуарда Малофеева, а кто-то даже говорит иначе - подсидел...

- Давай объясню. В 1986-м у него была очень сложная ситуация, по сути, «сняли с поезда» на ЧМ: предложили работать в паре с Лобановским, он отказался, и в Мексику поехал Лобановский. Вот где интрига! Не едет тренер, который выиграл отборочный турнир. Потом в 1987-м в «Динамо» дела неважные, ему предлагают работать в паре со мной, и...

- Это и называется...

- Все правильно - почти интриган! Нет. Мне предлагают, я говорю: если нужно, помогу, тем более в команде игроки олимпийской сборной, но вопрос - в Малофееве. А я тогда был старшим тренером центрального совета «Динамо»: курировал четыре команды - Киев, Тбилиси, Минск и в том числе Москву. И вот встречаемся с председателем ЦС Сысоевым. Он мне говорит: «Анатолий Федорович, надо!». Отвечаю: «Подождите, вот сидит человек, пусть он скажет, принесет ли это пользу». Малофеев сказал «нет». Вот и весь ответ! Я уехал на месяц в отпуск. А когда вернулся, положение было аховое. У Малофеева совсем разладились отношения с руководством, но он доработал до конца года и его освободили по результатам. Тут надо еще вот о чем сказать. Малофеев - человек духовный, искренний. У меня до сих пор с ним хорошие отношения. Но о материальной стороне дела он не очень заботился и в «Динамо», и в сборной. В то же время я считал, что игроки должны получать за свой труд достойные деньги. И приходилось идти к зампреду - доказывать, обговаривать премиальные, а когда выигрывали какой-нибудь Кубок, шел к послу, если играли за границей, рупии обменивал на чеки...

- О каких суммах шла речь у руководства?

- Не сравнить с сегодняшними! До тысячи долларов за турнир. Игроки нашей сборной ценили такую заботу. А знаешь, за год до истории с Малофеевым у меня была подобная в Киеве. Лобановский ушел в сборную. Я должен был стать тренером киевского «Динамо», но Лобановский продавил своего кандидата - Морозова. Дела у него не пошли - скатились на 10-е место. А я - куратор, ЦС «Динамо» командирует меня в Киев разобраться. Морозов, как узнал об этом: «Зачем! Ситуация в команде такая, а тут еще ты приедешь». - «Ты считаешь, я не должен?». И я не поехал, потому что действительно мог навредить ему и команде - игроки могли подумать: приехал снимать...

ГРАЖДАНИН МИРА

- Ты уже к тому времени жил в Москве? Ты вообще кем себя ощущаешь - москвичом, киевлянином или гражданином мира?

- Думаю, уже ближе к тому, что гражданин мира. Где-нибудь на Кипре или в Париже чувствуешь себя, как дома. У каждого в мире есть свое место. Гоген зачем-то поехал на Таити... А у меня есть, к примеру, Кипр или Боровец в Болгарии.

- В Киеве часто бываешь?

- Конечно, живу, как всякий, воспоминаниями - запахи, улицы, люди. В Киеве у меня брат, племянницы, там похоронены родители. Приезжаю - и первым делом идем с женой на кладбище к родителям. У нас есть места, которые очень близки. Начинаем с Владимирского собора, потом идем к Софийскому, к памятнику Владимиру, переходим по мосту Любви на стадион «Динамо», куда я пришел в 11 лет. На этом стадионе мною посажена ель в 1970-е годы, когда я был директором СДЮШОР «Динамо» Киев. Она теперь огромная! Но вот в последний раз пришел на стадион - не пустили без пропуска.

- Ты когда уехал из Киева?

- В 1986 году, после Чернобыля.

- Ты сразу понял, что такое Чернобыль? Они ведь велогонку начали проводить...

- Мой сын учился в параллельных классах с внуком Щербицкого - члена Политбюро. Когда это случилось, я спросил у сына, ходит ли внук в школу. Да? Значит, ерунда. Но тут все начали уезжать из Киева. А 9 мая мой сын пришел с парада и сказал, что у него болит голова. На следующее утро я сел в машину и увез семью в Одессу... Потом уже перебрались в Москву.

- После развала СССР был выбор - Украина или Россия?

- Нет. Выбора не было. Хотя... Меня до «Зенита» в 1996-м приглашали принять сборную Украины. Я приехал в Киев, и ко мне в гостиницу прибыл председатель Совмина и предложил встретиться с президентом Кучмой. Я говорю: «Вы понимаете, что базовая команда - киевское «Динамо»?» Тренером туда тогда уже планировался Лобановский, который только-только вернулся из Кувейта. Я понимал, что будут большие проблемы, и отказался.

«ВЫ ЧТО, НАД НАМИ ИЗДЕВАЕТЕСЬ?»

- Какие отношения были с Лобановским? Если честно...

- Хорошие, когда играли вместе. Ведь мы оба - киевляне.

- Хорошие, пока не столкнулись интересы первой и олимпийской сборных?

- Все началось раньше. В середине 1970-х, когда я стал главным тренером и директором СДЮШОР «Динамо». Я тогда уже начал писать о методике. Кажется, аксиома: от простого - к сложному. И вдруг в еженедельнике «Футбол» выходит моя статья: «Детско-юношеский футбол: от сложного к простому». К примеру, я как директор выступал за то, чтобы динамовские команды играли на первенство города против тех, кто на год старше: чем сложнее условия - тем больший прогресс. Это вызывало удивление. Но рос авторитет. Выигрывали ведь первенство Союза, турнир «Надежда» среди детей 1962 года рождения мы выиграли 1963-м, где играли Гена Литовченко, Алексей Михаличенко. Я думаю, со стороны Лобановского возникла какая-то ревность: они говорят о науке, и вдруг я пишу тоже.

Вспоминаю собрание тренеров школы и главной команды. Слово берет Зеленцов из научной группы и начинает говорить: работа у вас бессистемная, нет того, этого, надо переходить на другую методику... Мне надо было защитить своих тренеров (в школе работали выдающиеся игроки - Онищенко, Мунтян, Рудаков, Соснихин, Медвидь, Хмельницкий, Кащей, Семенов...) Я резко ответил: человек, который не может ни показать, ни научить, учит, как учить! Был скандал. С тех пор отношения с Лобановским стали натянутыми. Понятно, что их расшатывали люди, которые хотели, чтобы я не пришел «вместо».

Ну и, конечно, Лобановскому не понравилось, что однажды на высоком совещании при больших руководителях и в присутствии всех главных тренеров я в лицо ему заявил, что он сознательно срывает подготовку олимпийской команды, приглашая ее шестерых основных игроков в первую сборную и, нарушив обещание, не ставит их на игру.

- Но ведь тогда у тебя начались конфликты и с федерацией, и с отдельными тренерами...

- Моя юношеская сборная СССР выигрывала практически все турниры, мы стали вице-чемпионами Европы. А вот на турнире Гранаткина младшая сборная СССР обыграла старшую - 1:0, и та не попала в финал. Это стало сюрпризом для всех. После турнира на совещании зампред спорткомитета говорит: «Довольны?» - «Да не совсем, - отвечаю, - есть проблемы в обороне, в атаке». Он: «Вы что, над нами издеваетесь?» - «Да нет. Просто я не считаю возможным футболистов в таком возрасте учить играть в поддавки».

«СТО ДОЛЛАРОВ - НА СТОЛ!»

- Многим не нравится, когда на пресс-конференциях ты начинаешь сыпать цитатами, говорить стихами. Народ ведь интересует только, был пенальти или нет. Ты считаешь, что игрок должен много читать, развиваться всесторонне? Это в футболе ему поможет?

- Ну, во-первых, я говорю для тех, кому это будет полезно и интересно. А во-вторых, почему я должен подстраиваться?

Мы, киевское «Динамо», приезжали в Москву, жили в «Пекине». После ужина я бежал в Театр сатиры - напротив. Или в «Современник». Или вот в Мехико на ЧМ, ты же помнишь, я не играл в карты или еще что-то. Я общался с мексиканкой из университета. Мы ходили в студию Сикейроса...

- Да, она была за забором нашей гостиницы.

- Мне были интересны его живопись, его жизнь. Я знал, что он принимал участие в убийстве Троцкого...

- А я этого и сейчас не знаю!

- Вот видишь. А если бы ты играл в моей команде, я бы тебе рассказал об этом. Общая культура - фундамент. Вот купил я на собственные деньги библиотеку в «Зените». Пусть не самую серьезную литературу - Конан Дойль, Сименон, Агата Кристи, - но, может быть, это помогло вырасти Панову. Человек с улицы. Я взял его, хотя он покуривал и так далее... Игонин вырос. В «Шахтере» - Тимощук. Когда я сказал, что команде нужен преподаватель английского, все смеялись. Прошло несколько лет. В Донецке появились иностранные тренеры, игроки... Мне Ахметов (президент ФК «Шахтер». - Прим. ред.) говорит: «Анатолий Федорович, мы только сейчас поняли, для чего». Культура - это знания, это воспитание. Я пришел в «Зенит» - мат-перемат, есть тренер, нет, рядом официантка, повар... Стоп! Штраф - сто долларов!

- Николай Петрович Старостин говорил, что деньгами наказывать нельзя. Разве штрафом можно привить культуру?

- Можно! Культура всегда прививалась только силой. Случай с Денисовым - это результат безнаказанности, а она ведет к распущенности. Поэтому я говорю: сто долларов! И ведь действовало!

- Но я сам себя иной раз ловлю на мысли, что твои нравоучения иногда раздражают. На ТВ слышишь от тебя: Спаллетти тут ошибся, Бердыев - тут... Я сижу и думаю: вот опять кого-то поливает. Ты можешь сказать: не поливаю, а говорю правду. Но основная масса считает: поливает! И сразу настраивается против.

- Да не о Спаллетти я говорю и не о Семине! Я говорю об игре, о проблемах. И если говорю, к примеру, что в ЦСКА не найдено оптимального сочетания двух опорников, то не хочу обидеть Слуцкого, имея в виду, что Хонда в запасе. Я не хочу кого-то поучать - хочу поделиться мнением, знаниями. Такой я по натуре. Могут сказать: у тебя плохие отношения с Колосковым, Лобановским... Но у меня нет плохого отношения к ним. У меня есть свое отношение к футболу, к жизни...

«СИЛЬНЫЙ ЧЕЛОВЕК ИЩЕТ ПРАВДУ»

- Ты себя называешь тренером-педагогом. А, к примеру, в португальском «Маритиму» тоже воспитывал без знания языка?

- Конечно! В Корее через переводчика приходилось, а в Португалии по ночам учил язык. Правда, Кульков помогал - он знал португальский. Вскоре я начал писать конспекты по-португальски. Но все равно найти общий язык с игроками было проблемой. Нашел выход. В 1990 году я встречался с Папой Римским. Повесил в кабинете фотографию той памятной встречи - стали смотреть на меня другими глазами. Много говорил с ребятами о честности, о Боге. Знаешь, отношение ребят ко мне изменилось. И изменился результат - мы стали побеждать! Там играли Данни и Пепе (он сейчас в «Реале»). Встретились с Пепе на Кубке РЖД, и он сказал: «Благодарен, что вы доверили мне играть». С Данни встречаемся - обнимаемся...

- Но почему есть такие, как Евсеев, почему с ним в «Локомотиве» тебе не удалось расстаться по-человечески?

- А что было не по-человечески? Мы сели, и я честно ему сказал: не вижу тебя в составе, будет играть Иванович - принимай решение. В итоге он продлил свою футбольную жизнь в «Сатурне», а Иванович уехал в «Челси». Потом Евсеев где-то написал: «Бышовец-то честно сказал, а вот поехал он в «Кубань» к своему другу (тренеру Сергею Овчинникову. - Прим. ред.), и его просто выгнали без каких-то объяснений». Тут есть вина журналистов - как подается информация и подогревается интерес. Ведь то, что происходит в нашем цехе, - потрясающе! Есть футбольный клан, в который входят отдельные журналисты и комментаторы, я их называю карманными. Все эти разговоры о том, что Бышовец берет деньги с игроков, - из серии «вор кричит: держи вора!». Чермен Дзгоев написал в журнале у Леонида Парфенова, что Бышовец в 1987 году взял 40 тысяч долларов (!) от Юры Савичева. Смешно! Откуда у Юры в те годы при зарплате в «Торпедо» 200 рублей могли быть такие безумные деньги?! Парфенов мне позвонил: «Анатолий Федорович, дайте опровержение!». Я говорю: «Милый мой, это такой абсурд, что я даже не собираюсь оправдываться!». Или тот же Андронов... Но ведь это же абсурд - Родолфо, Билялетдинов, Сычев, Асатиани дают мне деньги, чтобы попасть в состав! Да меня агенты бы съели, не говоря о президенте. Мы же с Семиным с 1987 года - по разные стороны.

Я читал лекцию молодым тренерам в ВШТ, подошли Сирхаев, Горшков, Маминов: «Анатолий Федорович, почему у вас всегда столько проблем?» - «Все очень просто: сильный человек всегда ищет правду, а слабый - только выгоду».

ПОЧЕМУ В РОССИИ ЛЮБЯТ... ПОКОЙНИКОВ

- Но ведь есть объективные вещи, которые журналисты не замечают, - твои успехи в «Томи», в Питере...

- А «золото» на Олимпиаде? У великих Лобановского и Бескова в 1976-м и 1980-м, когда против них играли любители, не получилось, а тут какая-то выскочка едет в Сеул и побеждает. Возвращаемся. Лобановский пишет: они там обыграли парикмахеров. Хотя в 1988-м на Олимпиаде уже играли профессионалы. Ромарио, Бебето, Д’Агостиньо, Жоржиньо, Клинсманн - ничего себе «парикмахеры»! Или уезжаешь в Корею (с ними играешь в финальных турнирах ЧМ-94, ОИ-96, становишься чемпионом Азии в 1993-м) - там приличный контракт. Возвращаешься, заключаешь контракт в Питере, заверяешь его у нотариуса. И это на фоне того, что у многих наших тренеров или не было контрактов, или по ним не рассчитывались. Так рождается зависть...

- Тогда все говорили: вырвал контракт...

- Когда такие разговоры - все, конец! Ведь самая большая трагедия нашей страны - зависть. Причем к соотечественнику. Мы простим Хиддинку любое поражение, но своему не простим триумфа! Знаешь, почему в нашей стране так любят покойников? Потому что вместе с покойником умирает зависть к нему. Почему проблемы у тебя, Женя, у меня? Потому что свои мысли высказываем. А у нас ведь не прощают главного - инакомыслия, принципиальности.

Помню, сборная Союза играла благотворительный матч в Мюнхене против «Баварии» - единственный в моей карьере тренера «договорняк» (в отель пришел тренер Хейнкесс и объяснил: тяжело им играть в полную силу - за день до этого играли в чемпионате). Раз матч благотворительный, по регламенту ФИФА вроде не должно быть рекламы. Но минут за десять до выхода нам приносят футболки с рекламой. Я спрашиваю: «Что это такое?» - «Надо выйти в этих майках». Я говорю: «Нет! Если речь идет о рекламе, это стоит денег! Снять всем футболки!». Все сняли. В результате всем выплатили что положено. Это к вопросу о том, как Бышовец берет с игроков...

«ВЫ ОБРАТИЛИСЬ ПО АДРЕСУ!»

- Ты поехал в Томск, поработал год, работал в «Анжи», в «Кубани» пару месяцев... И со стороны вся твоя жизнь выглядит так: поехал, срубил денег, свалил...

- В «Анжи» в 2001-м я работал два месяца - пока Гаджиев болел, и, к слову, команда вышла в финал Кубка. В Махачкале я не получал ни копейки, потому что работал за товарища. В «Кубань» пригласили консультантом, когда она стояла на вылет. Договоренность была о гонораре за два месяца. Перед тем как ехать, у меня были какие-то иллюзии. Но когда я увидел обреченность (в команде арендованные игроки, которым все равно, останется «Кубань» или нет) и понял, что ситуацию не изменить, сказал руководителям прямо: мои профессиональные качества здесь не нужны. Я мог подождать две недели и получить всю сумму, но уехал, получив половину. Это об алчности.

Некоторые сознательно идут на манипуляцию: Томск при мне уходит из опасной зоны, и там появляется искусственное поле, база. Или взять сборную: все говорят явную чушь о якобы пьяных шотландцах на ЧЕ в 1992-м, но не говорят, что тогда же мы не проиграли ни чемпионам мира Германии, ни чемпионам Европы Голландии...

- Но почему ты уехал из Краснодара, а не сказал: в этом году ничего не выйдет, но в следующем будем делать команду?

- Да в условиях первой и второй лиг трудно честно работать! Ты приходишь, и за твоей спиной... А я не переношу, когда из меня делают дурака. Да и весь наш футбол мало оставляет живого пространства для знающих и порядочных людей.

- Я пришел однажды к Машину - он был председателем Союза спортивных организаций в 1960-х и моим соседом: «Юрий Дмитриевич, я никогда не давал и не брал денег, хотя предлагали... Смогу я работать в нашем футболе?» Он сказал: «Нет». «А в чем дело?» - «Все дело - в размере зла. Ты - инородное тело». Так и ты - инородное тело.

- Женя, достаточно не участвовать ни в каких договорняках. Когда Якунин пригласил в «Локомотив», был разговор о том, как вижу свою работу. И он говорит: «Анатолий Федорович, я предлагаю «фэйр плей». «Вы обратились по адресу», - ответил я. И в «Зените», и в Томске, в Донецке - где бы я ни работал, это были экологически чистые команды.

После сезона Якунин упрекнул меня: «Вы обещали, но не стали чемпионами (хотя мы взяли Кубок и продолжали борьбу в еврокубках)». Я ответил: «Если обещал и не выполнил - уйду, но вы мне тоже обещали создать условия для работы». Так я уходил из «Локомотива».

- Так, значит, ты такой безгрешный...

- Да нет! Грешен, ошибок было предостаточно, но именно ошибок, а не подлости. До сих пор меня мучает случай, когда подписал письмо в киевском «Динамо» против одного человека - что брал деньги, хотя он этого не делал. Пришел капитан: давай, все подписали. Мне 20 лет - идти против команды? И я подписал. А сейчас думаю - зря. Нельзя идти против собственной совести. Это бумерангом вернулось в том же «Локомотиве»... Очень важно отстаивать свое мнение.

Вот еще история - посмотри, насколько я стал крепче через год. В 1967-м поехали играть со сборной Франции. В раздевалку приходят Хорст Дасслер (хозяин «Адидаса»), Рэмитэр (бывший вратарь сборной Франции) - представитель «Адидаса» с деньгами: мы все должны выйти на матч в бутсах «Адидас». Раздают бутсы. У меня размер - 7,5, но левая нога чуть больше правой. Надеваю - дискомфорт. Беру восьмерку - велико. У нас в Киеве сапожник шил по ноге, и потом разнашивали. Я говорю: «Не надену, буду играть в своих». А в команде у нас - Яшин, Шестернев, Стрельцов... Воронин просит: «Быш, ну заканчивай выкобениваться!» (Было другое слово.) Я говорю «нет». Подходят из «Адидаса» и удваивают сумму. «Не выйду!» Пошушукались и еще добавили. «Не выйду, сказал же!» Потом пришла идея. «Возьмите, - говорю, - краску и нарисуйте эти три полосы на моих бутсах». Рэмитэр куда-то помчался. Прибежал обратно, нарисовали. И дает мне максимум. А я взял не больше, чем все. И это было оценено: проблема не в деньгах, а в отношении к делу. Зато впоследствии у меня была возможность одевать свою юношескую сборную бесплатно. А потом мне предложили с «Адидас» индивидуальный контракт.

ИНДИВИДУАЛИСТ

- Я знаю, что у тебя начались проблемы еще в юношеском футболе - обвиняли в индивидуализме.

- Да нет, я был капитаном команды, забивал больше всех. К тому же играл в команде 1944 года, хотя сам 46-го... Какие ко мне могли быть претензии!

- Но вот пришел в команду мастеров...

-Что касается индивидуализма... Ты не делишься мячом не потому, что такой жадный, просто берешь на себя ответственность, рискуешь в заключительной фазе. Мне казалось, что я забью, что сделаю лучше. В Париже в том самом матче, когда играл с нарисованными полосками, я забил мяч, и вообще игра удавалась. Воронин, видя это, попросил: «Быш, я тебя прошу, покрути им позвоночники!» (Смеется.) Я брал мяч и... Это был цирк!

- Вот Дед (Виктор Маслов. - Прим. ред.) уже тебя ставит, а там Турянчик, Соснихин, Биба, Сабо. Это - «волки»! А ты индивидуалист - мячик не отдаешь... Они как-то тебя начинали ломать?

- Меня и сегодня ломают. С первого дня существования человека идет ломка: это нельзя, то нельзя... И у тебя, естественно, растет чувство протеста. Но речь идет не об упрямстве, а только о сохранении самого себя. Инстинкт утверждения собственной значимости по Фрейду. Конечно, и Маслов был иногда недоволен, и игроки, когда я заигрывался... Слово «индивидуализм» - от индивидуальности. И главная задача тренера - сохранить индивидуальность игрока.

РУССКИЙ БЕСТ

- Звонил в редакцию первый тренер Жиркова - Валерий Шарапов. Передавал привет и сказал: помню его замечательный гол австрийцам «ножницами» через себя. Я был в 1967 году на том матче и тоже помню.

- Гол получил приз за красоту в Европе в 1967-м... Такие удары здорово получались у Воронина, мы после тренировок били - я старался не отставать.

- А как ты с левой ноги вколотил бельгийцам в «девятку» на ЧМ-1970! Я своему старшему сыну (он тогда пробовался у тебя в «Зените») показал тот кадр. Он: «А кто это?» - «Учись! Твой тренер!» Ты тогда на ЧМ четыре забил, вошел в символическую сборную мира.

- А сейчас читаешь: кто такой Бышовец, что это был за игрок? В 1969-м писали другое: «Русский Бест» - у меня есть английская газета. Возвращаюсь к тому же: идет манипуляция общественным мнением. Сборные СССР, которые я тренировал (олимпийская и первая), сыграли 25 официальных матчей. И только одно поражение! А всего у меня как у тренера - 73 матча с национальными командами: 48 побед, 17 ничьих и только 8 поражений. Но все говорят: он в 1998-м проиграл шесть со сборной России! Да, проиграл. Но там не было задачи побеждать любой ценой. Надо было создать новую команду к ЧМ-2002. Я не мог собрать состав, играю с Испанией и Украиной без спартаковцев, еду в Бразилию третьим составом. Нет возможности экспериментировать. Но при мне в сборной появились Аленичев, Панов, Семак, Игонин, Карпин, Семшов, Смертин, Тихонов, Титов...

ПРОГРАММА ДЛЯ ФУРСЕНКО

- «Зенит» - чемпион. Ты видишь в этом заслугу Спаллетти или тут главное - деньги, административный ресурс?

- И то, и другое. Он пришел в сформировавшуюся команду - со своим стилем, базовую команду сборной. Сделал небольшие изменения ввиду появления новых игроков. Но схема та же - 4-3-3. Однако «Зенит» имеет колоссальные возможности перед соперниками во внутреннем чемпионате.

- Фурсенко объявляет: ищем тренера сборной, кандидаты должны представить программу. И ты чуть ли не первый приносишь. Зачем тебе лезть в это, если знаешь, что там будет совершенно другой человек и ты - персона нон грата.

- Я встречался с Фурсенко. Спросил: нужно? Он ответил утвердительно. Да, я понимал, что при выборе тренера главное - не программа. Но написал ее, потому что это было нужно мне самому, это было интересно, полезно... Вообще я и рефераты, и статьи, и планы пишу сам.

- Ты все-таки надеешься, что будешь востребован?

- Конечно! И есть предложения. Вот сегодня у меня две встречи - видишь, галстук надел. Хотя уже дважды в этом году договоренности с президентами клубов срывались по разным причинам. И я спросил: почему? Если это какая-то игра - неужели кто-то надеется, что это меня сломит?

- И вот завтра они в третий раз предложат. Что ты им ответишь?

- Скажу «да». Согласен, но именно РАБОТАТЬ! Хочу создать хорошую команду, выигрывать... И, уверен, получится! Главное - не изменять себе. Вспоминаю, как после одной из лекций в ВШТ сказал Володе Маминову: «Не в силе Бог, а в правде».

- Ну? Ты в своем репертуаре...

«Советский спорт - Футбол», 23-29.11.2010

на главную
матчи  соперники  игроки  тренеры
вверх

© Сборная России по футболу


 
Rambler's Top100
Рейтинг@Mail.ru