СБОРНАЯ РОССИИ ПО ФУТБОЛУ • СБОРНАЯ СССР ПО ФУТБОЛУ
Сборная России по футболу
 

ОБЗОР ПРЕССЫ / НОВОСТИ

СЕМЬ СТОРОН ОДНОГО ЮРАНА

Сергей Юран

sportsdaily.ru

Сейчас Юрана величают по имени-отчеству. Сергей Николаевич. Соответственно статусу. Тренирует же он изрядно. В этом году стукнет десять лет. «Целый этап», - констатирует Сергей Николаевич. Черту подвела работа в азербайджанском «Симурге». Из экзотического города Закаталы Юран вернулся в Москву две недели как. Как тренер - созревший, как муж и отец - долгожданный. Семья и выдохнула: «Наконец-то вместе». Надолго ли...

Человек спорта

- Пожалуй, впервые удалось в семейном кругу встретить Международный женский день, - начинает разговор Сергей Николаевич. - В это время обычно на сборах или на матчах. Поэтому поздравлял только по телефону. Сейчас немного раньше прилетел.

- Сюрприз, считайте.

- Да, на мне был праздничный ужин. Съездил, купил мясо. Люблю его на гриле приготовить. Цветы с утра не без усилий приобрел. Очереди растянулись кошмарные! Но ради любимой и не такое сделаешь. К сожалению, мы и день рождения Люды вместе редко отмечаем. В начале февраля обычно на сборах нахожусь.

- Супруга рукой не махнула?

- Да уж. «Когда уже со мной справишь?» Но она понимает, что работа для меня прежде всего. Мне, конечно, повезло. Люда - легкая на подъем. Не капризничая, собиралась в дорогу. Надо - значит надо.

- Сами еще не собираетесь?

- Сейчас время анализа. Обычно уже через месяц не терпится собрать сумку. Вперед, на сборы! Это уже в крови. Думаю, до конца жизни.

- Об анализе заговорили.

- Этап в работе пройден. Считаю, не самый плохой. Как тренер я, чувствую, созрел. Мне уже по силам решать серьезные задачи. Изначально, да, был готов и в Латвии работать, и в Эстонии. Михаил Гершкович, помню, говорил: «Ты набивай шишки!» Я и набивал.

- Какой черт дернул принять «Химки»?

- Многие советовали не идти. Дескать, команда обречена. «Ты же понимаешь, что скажут - не справился». Никто бы и не обратил внимания, что клуб на последнем месте. «Смотрите, Юран утонул вместе с “Химками”». - «Не дождетесь», - отвечаю.

- Впервые за выживание боролись?

- Да, и даже врагам не пожелал бы пройти через это. Стресс колоссальный! Спал по три-четыре часа в день. Жена умоляла: «Только не сгори». Я же понимал, что поставлено на карту. Это ответственность перед болельщиками, перед руководством. Не могу подвести людей.

- Не стали после «Химок» более подозрительным, менее доверчивым?

- Жена говорит: «Не в первый раз на одни и те же грабли наступаешь». Мне же хочется верить в людскую порядочность. Да, когда в «Химках» «забыли» о моем втором контракте, вступавшем в силу после сохранения места в премьер-лиге, стал осторожнее. Но вера осталась! Не все же, в конце концов, говорят одно, а поступают иначе. По крайней мере я на это надеюсь.

- Не обжигались после?

- Нет, стал разборчивее в бумагах. Но я человек спорта. Поэтому, если мне доверяют команду, всегда хочется быстрее окунуться в повседневные заботы. На первом месте, поверьте, стоит не сумма в контракте. Этот миф я бы хотел развеять.

Человек вменяемый

- Владислав Дриксне, президент «Диттона», вслед вам, уходящему из его команды, произнес: «Нам за амбициями Юрана не угнаться».

- Да, говорят, Юран - дорогой тренер.

- Кто именно?

- У всех есть «друзья».

- Так дорогой ли?

- Я всегда говорю: «Давайте общаться и слышать друг друга». Считаю себя вменяемым человеком. Когда руководитель заводит речь о максимальных задачах, напоминаю о том, что нужно вкладывать в команду. Это реальные вещи. Можно хотеть купить «Мерседес», а иметь деньги только на «Жигули». Я ведь не старик Хоттабыч.

- Азербайджан потрясли обещанием: «После начала сезона покажу свой контракт общественности».

- Показал! Люди не верили, думали, что в контракте прописаны какие-то астрономические суммы. Пожалуйста, говорю, смотрите. Сильно же они удивились. «И вы за эти деньги приехали?» - спрашивают. - «А мы думали...» Для Азербайджана получал, прямо скажем, не самые великие деньги. Даже средние, по местным меркам. Меня больше привлекла задача: создать коллектив, которого до этого не существовало. «Симург» заявился в последний момент. Ни сборов, ни спаррингов. По ходу пьесы выстраивал постановку.

- Ставрополь смеялся, когда вы возглавили местное «Динамо» за две недели до первой игры и объявили, что будете бороться за выход.

- Смеялись. Мы же стали первыми с огромным отрывом от второго места. «Симург» преследовал другую цель - не вылететь. В принципе, мы в опасную зону и не опускались, балансируя в пределах седьмого-девятого мест.

- В Ярославле, как вспоминали, болельщики скандировали ваше имя и писали фаерами фамилию на трибуне.

- Это в Ярославле, а в Закаталы после некоторых матчей на руках носили. Когда уезжал, город в шоке был. До сих пор звонят с благодарностью. Им, конечно же, хотелось, чтобы «Симург» претендовал на большее. Но они прекрасно понимали, что есть команды, бюджет которых превышает наш в пять-семь раз.

- Уверенность в своих силах работа в «Симурге» не поколебала?

- Ничуть. Уважать себя мы заставили. В Закаталы соперники приезжали за два дня до встречи. «Нефтчи», «Карабах», «Ленкорань». Многие отмечали, что обычно эти команды на выезд отправляются в день игры.

- «Симург», по сути, первый клуб, с которым не достигли какого-то очевидного результата.

- Думаю, практика важнее. С этим в нашей стране сложно. Я привык: есть результат - работаешь, нет результата - учись, думай-размышляй. У нас же такой зависимости нет. Это невозможно объяснить! Может, стоит быть гибче... Но у меня характер такой. Не могу на белое сказать черное. Не могу, когда решают за меня. «Вот тебе, Юран, футболисты, иди тренируй». И никого не интересует, соответствуют ли они моей философии.

- Случай из практики?

- Я не позволял такого. Хотел бы здесь добрым словом вспомнить Анатолия Лисицына, губернатора Ярославской области. Анатолий Иванович, когда приглашал в «Шинник», выступил гарантом того, что никто не будет лезть в тренерскую кухню. «Нет вопросов, - говорит. - Но я с тебя спрошу результат». Это меня устраивает. С первого и до последнего тура шли на первом месте.

Человек диалога

- Александр Рожнов - самая занимательная личность, которая над вами когда-нибудь стояла?

- Да уж. Сменился губернатор, появились новые руководители. В том числе и Александр Анатольевич. Через два месяца уже слышу: «Знаем о футболе все - от и до». С этого и началось. «Шинник» до сих пор болтается в первом дивизионе.

- Кто-нибудь еще, как Рожнов, напоминал вам: «Я генеральный директор, а вы, Сергей Николаевич, у меня в подчинении»?

- Нигде больше такого не встречал! Так может сказать лишь человек нефутбольный. Не знаю, может быть, сейчас Рожнов и изменился. Тогда же знал лишь одно слово - «я приказываю». Эти приказы приходилось игнорировать.

- Не убоялись?

- Мне, вы знаете, советовали: «Может, лучше подстроиться». В ответ протягивал свисток с секундомером. Рожнову, в частности. Он страшно тогда засмущался...

- «Когда люди начинают вмешиваться, я устанавливаю железную клетку». Поясните?

- Я человек диалога. Обычно говорю: «Давайте обсуждать». Не сомневаюсь, сядем и правильно решим вопрос, скажем, развития. Когда же начинают диктовать, кого ставить в состав... (После паузы). Как бы помягче сказать. Для меня подобное неприемлемо. И это не моя прихоть! Так происходит во всем цивилизованном мире. Наверное, не дураки в Европе. Наверное, люди более адекватные. Это у себя дома могу решить: хочу детей так воспитывать и этак выстраивать отношения с женой. В тренерском же ремесле я перенимаю лучшее. Мне есть, с кого брать пример. На секундочку, прошел школы Лобановского, Эрикссона, Робсона, Романцева и Осима...

- Но все равно сталкиваетесь с отношением, как к купленной кока-коле?

- Мне хочется добиться результата здесь. Оставить след в нашей премьер-лиге. Самое простое - уехать. Я представляю, какая поднимется волна: «Разобиделся». Да, в какие-то моменты отъезжаю, но о глобальной цели не забываю. Многие ведь советуют: «Нужно заиметь связи наверху, чтобы кто-то позвонил и словечко замолвил».

- Дельный совет.

- Я в футбол играл - сам всего добивался. То же самое в тренерской практике. Не в моем характере просить.

- Много дилетантов в нашем футболе?

- Пятьдесят на пятьдесят.

- Андрей Канчельскис утверждает: «Прорываться сквозь строй дилетантов - это бодрит».

- Я с Андреем соглашусь. Какой-то спортивный интерес действительно пробуждается. Но тут важен результат, без которого невозможна адекватная самооценка. Что ты собой представляешь, когда здесь взялся - ничего, там - еще хуже. Чего тогда ходить и ныть, какой ты красивый, но всеми недооцененный.

- На каком уровне ваша самооценка?

- Я готов возглавить команду премьер-лиги под задачу.

- Точнее бы.

- Еврокубки.

- Созрели, значит?

- Да, на каком-то этапе анализировал и приходил к выводу: «Рановато». Я понимал, что мало угодить на этот уровень. Не справишься - и можешь даже заканчивать. Куда важнее прочно стоять на двух ногах.

- Когда почувствовали, что как тренер стоите на двух ногах?

- Еще до Азербайджана, в Казахстане. В астанинском «Локомотиве» выступали такие мастера, как Тихонов, Титов и Шацких. С ними, я вам скажу, нужно уметь работать. Тогда и зародилось это чувство.

Человек упертый

- Мне часто говорят о тенденции, - продолжает Юран. - Чуть ли не в каждой команде, в которой трудился, возникали финансовые проблемы. Считаю, стечение обстоятельств. Такая черно-серая полоса.

- Серая?

- Да, вроде работа есть, каких-то результатов достигаю. Эта серая полоса затем начинает чернеть. Но я верю, что в дальнейшем наступит белая полоса. Хотя бы - бело-бежевая. Может, это испытание. Не плюну ли и не скажу ли, что устал. Но я не сломаюсь.

- Уверены?

- Надо знать меня. В такие моменты становлюсь упертым. Мне хочется дойти до белой полосы. И я это сделаю.

- Когда?

- Черно-серая полоса, конечно, долго тянется. Ничего, потерпим.

- Когда на сборах в Германии вместе с «Шинником» чуть ли не выселяли из отеля, руки не опускались?

- Я вам больше скажу. На первый сбор некоторые ребята поехали без контракта. Лайзанс, Бояринцев, Горавски. Приходилось брать ответственность на себя. Требований я не снижал. Случись травма, выплачивал бы из своих денег. Сколько бессонных ночей! Не представляете даже.

- Тот же Андрей Канчельскис признавался, что когда пошли перебои с выплатами, добавлял из своих.

- Это многое говорит о человеке. Суть в чем? Мы приходим не за деньгами, а за спортивной частью. Когда подписываю контракт, команда становится моей семьей. Это как ребенок. Младший или старший.

- Это как?

- Премьер-лига - старший ребенок, а первая-вторая лига - младший, когда приходится заниматься практически всем. В Закаталы, например, в отсутствие снегоуборочной машины убирал снег вместе с ребятами. Считаю такое отношение нормальным.

- А как в Германии?

- Приехали на сбор, а нам сообщают, что выселят, если в течение трех дней не будет оплаты. Думал даже заплатить из своих средств. Наверное, другой на моем месте плюнул бы на все. Я же не мог оставить команду.

- Как стресс снимаете?

- До конца - никак. Не выбросишь ведь из головы. Но нужно быть готовым к нему. Если выбрал эту профессию. Она предполагает умение преодолевать сопротивление. Да, это сложно. К сожалению, талантливые люди горят на работе.

- Сгорают.

- Я давно определился и уже не сверну с выбранного пути. Когда начал тренировать спартаковский дубль, меня будто замкнуло. Как в фильме «Изо всех сил» со Сталлоне в главной роли. Помните, когда он побеждал, кепку переворачивал на 180 градусов. Так и я. Мне очень хочется дойти до самого верха.

- Дойдете?

- Уверен в этом. Думаю, правда, нужно чем-то жертвовать, чтобы добиться желаемого. Так выходит, что действую в ущерб семье. Надеюсь, не зря.

Человек счастливый

- Сергей Овчинников говорит о кайфе, который получает от тренерской деятельности.

- Наибольшее наслаждение получаю, когда вновь созданная команда начинает демонстрировать зрелый футбол и добиваться результата. Кайф, сравнимый разве что с первыми шагами ребенка.

- Сравнение интересное.

- Считаю себя счастливым человеком. Застал первые шаги обоих сыновей. Старший пошел, когда я играл в Германии. Там у него не было возможности пойти без папы. Младший имел больше шансов. Жене звонил, работая в Ярославле: «Главное - дождитесь». Однажды приехал на побывку, а Ромка стоит, уцепившись за диван. Я руки ему навстречу распростер, и он пошел. Непередаваемые ощущения. Это я видел!

- Мини-музей на третьем этаже не забросили?

- Приглядываем.

- Самый памятный экземпляр?

- Футболка киевского «Динамо», где началась моя карьера, откуда и уехал в Европу.

- Там же должны храниться и записи. Однажды сказали, что пересматриваете забитые мячи, когда гложет ностальгия.

- Это работало, когда сам выступал. Когда же тренируешь, депрессия противопоказана. Нельзя ей поддаваться.
Особо же часто смотрел видео, когда повесил бутсы на гвоздь. Первые месяца два лишь этим и занимался. Тогда нужно было осознать, что я уже не Юран, который играл в футбол, а безызвестный Иванов, который учится профессии тренера.

- Непростая задача.

- Очень! Кажется, элементарные вроде бы вещи требуешь.

- Срывались?

- Не скрою, бывало. Не то чтобы срывался... Скорее, через крик проходило. Но старался вечером в спокойной обстановке анализировать. Глядишь, на следующий день все на свое место становится.

- «Для меня сейчас дико, когда слышу мат...» Штрафуете?

- Мат не приемлю. Это неуважение к окружающим. Заостряю на этом внимание: «Для матерщинников буду устраивать затяжные экскурсии в библиотеку». На поле, осознаю, происходят всякое. В том числе и жесткие стыки. Но если вижу, что человек наглеет, терпеть не стану.

- Выписываете абонемент в библиотеку?

- Это лечится через копеечку. Сразу почему-то находится словарный запас. Иной раз настолько богатый, что диву даешься. То же самое и с лишним весом. В Европе перед отпуском на весы становились. По возвращении допускается полтора килограмма перебора. Остальное - по тысяче долларов за килограмм. Пожалуйста, можешь хоть десять привезти. Не забудь только с денежкой расстаться.

- Дан Петреску отзывался о себе: «Демократический диктатор».

- Я стараюсь выстраивать отношения на профессионализме. Излагаю ребятам свои требования. Основа - максимальная выкладка. Что в тренировочном процессе, что в матчах. Не допускаю и панибратства. Эти компоненты требую соблюдать от а до я.

Человек с характером

- В Азербайджане намеревались стать для игроков не просто тренером, а добрым товарищем?

- И мне, считаю, это удалось. Даже местные футболисты, когда уезжал из Закаталы, благодарили за науку. До моего прихода в «Симурге» не было ни одного сборника. После совместной работы прецедент случился.

- «Мои двери открыты. Пусть приходят с любыми проблемами». Приходят?

- Во всех командах. В основном - по личным вопросам. Допустим, капитан «Симурга» отпросился со сбора на два дня раньше. На знакомство сестры с женихом. Объяснил, что это старый обычай. «Вопросов нет», - говорю. Иногда и сам проявляю инициативу. Вижу - недорабатывает. Такие моменты лучше прояснять. Прошу зайти.

- Что оказывается?

- С женой поругался, с матерью недомолвка, бабушка заболела. Нормальные человеческие отношения. Я им всем твержу, что мы не роботы. Чем комфортнее диалог вне футбола, тем комфортнее на поле.

- На голубом глазу врали?

- Меня сложно провести. Через многое прошел. Я уже с горы спустился, тогда как ребята лишь поднимаются. «Даже не думайте», - говорю. Лучше уж по-человечески, по душам. Тогда пойму и поддержу.

- Почему можете простить футболисту курение, но не алкоголь?

- Из своего опыта. В той же «Бенфике» игрокам разрешалось курить. Даже при главном тренере и высшем руководстве.

- Алкоголь?

- Смотря в каком количестве. На Западе обходилось парой бокалов. Этим, знаю, в нашей стране не ограничиваются. Когда до меня доходят слухи, запросто могу рассказать, чем это веселье может обернуться.

- На такси часто ездите?

- Случается.

- Своих бывших подопечных за рулем не встречали?

- Лично - нет. Но мне рассказывали, что кто-то да подрабатывает. Это в Ставрополе: ходили в перспективных, а сейчас таксуют. Я этих сорвиголов предупреждал, пытался упредить, когда был в команде. Так поступаю, когда встречаю характер, на мой похожий...

- Часто сталкиваетесь?

- Не сказал бы. Каждый импульсивный человек чем-то напоминает меня. Тут нужно найти подход, чтобы направить эмоции в правильное русло. Вообще много внимания обращаю на бытовые детали. На первом собрании обычно предупреждаю: «Если увижу хоть одну группировочку...»

- Продолжайте.

- Они будут вырезаны, как гнилая доля в яблоке. Это идет на пользу команде. Я очень горжусь тем, что коллектив единомышленников удавалось создать в каждой команде, где бы ни работал.

- С Романцевым вы руки пожали, а с Бышовцем?

- Мы редко видимся. Если же и оказываемся неподалеку, здороваюсь издалека. Скорее, из уважения к возрасту и заслугам. Я помню, как ради сборной пошел на обострение отношений с «Бохумом». Немцы не хотели меня отпускать. Бышовец же так отнесся... Можно сказать, что предал.

- Как-то сравнили футбольную тусовку с публичным домом.

- Это о зависти. Люди готовы чуть ли не из штанов выпрыгнуть, чтобы насолить. Когда «Шинник» пошел в гору, слухи стали распускать. Мол, каждую игру покупаем. Для меня это стало настоящим шоком. Нелепость какая! Поэтому и сказал: «Публичный дом». С иронией.

- Как и о «юрановской эйфории»?

- Везде Юран успевал. Особенно когда в «Бенфике» выступал. Эйфория захлестывала. Меньше стал уделять внимание футболу. Считал, раз и так на виду, можно и слабину дать. В том плане очень выручил Свен-Ёран Эрикссон. Швед наставлял: «Забудь, что сказано вчера, - сегодня об этом никто уже не вспомнит. На каждой тренировке нужно доказывать, чего ты стоишь». Эта наука и позволила чего-то добиться.

- Чего-то?

- Ну да, считаю, реализовался процентов на шестьдесят. Молодой был, позволял себе лишнего. Поэтому и есть стремление реализоваться на все сто процентов в качестве тренера.

Человек суеверный

- Когда в последний раз заглядывали на дискотеку?

- (Задумываясь.) С женой в прошлом году зашли. Не то уже рвение. Даже не в возрасте дело. В кураже. Не тот азарт, что в двадцать лет. Теперь я понимаю, насколько сильно тогда рвало изнутри. Может, и тренерство накладывает отпечаток. Что футболист? Отыграл и забыл. Выиграл ли, проиграл ли. Доля тренера иная: постоянный анализ. Через себя матчи пропускаешь. До утра могу не спать, прокручивая эпизоды в голове.

- Суеверия, которые в пору футболиста приобрели, перетащили в новую жизнь?

- Другими обзавелся.

- Например?

- Свадьбу встречаем по дороге на стадион - к поражению. Похороны - к победе. Проверено. Также обычно разглядываю из окна номера автомобилей.

- Зачем?

- Три цифры должны совпасть. Допустим, три четверки и три восьмерки - к удаче.

- Действует?

- Не скажу, что всякий раз. Но процентов на восемьдесят-восемьдесят пять срабатывает.

- Сергей Шустиков на вопрос о любимом напитке отвечает: «Чай».

- Не скажу, что пью только газированную воду. Могу позволить себе и бокал вина, и пиво с воблой после бани. Но - в отпуске. Когда в работе, алкоголь исключается. Нужно быть в тонусе двадцать четыре часа в сутки.
Я уже не пацан. Как футболист какие-то жизненные этапы прошел. С возрастом, однако, человек мудреет.

- Но по-прежнему самые красивые девушки на Крещатике?

- Не был в Киеве около десяти лет. Как-то не получается выбраться. Не думаю, правда, что в этом отношении что-то изменилось. Крещатик, он не меняется. Разве что я. Молодой был, заглядывался.

- В свое время открещивались: «Я больше не “совок”».

- Это выражение, «совок», сильно не любил. Мы же вышли из Союза. Нас не учили одеваться, не учили манерам. Оказавшись в Европе, не знал, как и чего. Ничего, со временем выучил язык и освоил правила поведения.

- Когда в последний раз испытывали страх?

- Скорее, опасения. Не за себя, за детей. Переживаю, как их судьба сложится... Из страхов... Наркомания. Для меня это страх номер один! Смотришь - чуть ли не с бутылкой школьники идут. Страшно за своих детей становится. Мне же хочется, чтобы они добились каких-то высот.

- Давно уже обмолвились, что, если старший сын станет футболистом, будете на седьмом небе.

- Артем занимается в школе ЦСКА.

- Неожиданно.

- Так уж сложилось. Добираться до Сокольников - два с половиной часа в один конец. Сейчас же сын и вовсе стал поклонником «красно-синих». Мне нравится, что у Артема есть свое мнение. Нравится его самостоятельность. Когда он пришел в армейскую школу, в первый состав не пробивался. Два года назад добился того, что его признали лучшим в своем возрасте. Я был просто счастлив, когда узнал об этом.

- Нападающий, разумеется?

- Нет, центральный защитник.

- Еще один поворот.

- Самое главное, чтобы ему нравилось. Они с младшим иногда затевают разговор: «Ты где будешь заниматься?» - «В “Спартаке”». - «Мясо! Я с тобой не дружу». - «Нет, Артемушка, в ЦСКА». - «Мужик! Пойдем поиграем».

Нельсон ПОГОСЯН. «Спорт день за днем», 16.03.2012

на главную
матчи  соперники  игроки  тренеры
вверх

© Сборная России по футболу


 
Rambler's Top100
Рейтинг@Mail.ru