СБОРНАЯ РОССИИ ПО ФУТБОЛУ | СБОРНАЯ СССР ПО ФУТБОЛУ | ОФИЦИАЛЬНЫЙ РЕЕСТР МАТЧЕЙ | САЙТ
ПОИСК
Сборная России по футболу

ОБЗОР ПРЕССЫ / НОВОСТИ


ИГОРЬ ЧИСЛЕНКО. ВЕЛИКИЙ НАРУШИТЕЛЬ СПОРТИВНЫХ КАНОНОВ

Поступила в продажу книга «Великолепная «семерка», посвященная Игорю Численко — нападающему сборной СССР и московского «Динамо», яркому и неординарному человеку как на поле, так и в жизни. Автор — журналист «Спорт-Экспресса» Павел АЛЕШИН. Сегодня «Спорт-Экспресс» публикует одну из глав.

Игорю ЧисленкоЧетвертое место сборной СССР на чемпионате мира 1966 года в Англии подвигло заслуженного мастера спорта Николая Старостина написать книгу «Звезды большого футбола», при тогдашнем голоде на спортивную литературу быстро ставшую бестселлером, несмотря на невероятный по сегодняшним меркам тираж — 50 тысяч экземпляров. Кому, как не основателю «Спартака», очевидцу выступлений всех поколений советских футболистов, начиная с первого, к тому же владевшему словом не хуже, чем мячом на зеленых полях, было представить весь цвет отечественного футбола.

Надо отдать должное объективности спартаковского патриарха. При всей своей нелюбви к «Динамо», зародившейся еще до пребывания в местах, не столь отдаленных, как к единственному клубу, делившему в довоенный период первенство со «Спартаком», справедливость включения динамовцев в отечественное созвездие не вызывает сомнений. Как и точность оценок, может быть, за малыми исключениями.

Эти единичные случаи касаются «трудных» игроков, в своей внефутбольной жизни отступавших от традиционных спортивных канонов, периодически попадавших в скандальные ситуации. Естественно, субъективный взгляд был у Старостина и на Игоря Численко.

Игорю ЧисленкоВ первом издании 1967 года «Звезд большого футбола» Численко отведено полстраницы: «Ему 27 лет. Небольшой, крепкий, на сильных ногах, он смело воюет за каждый мяч. Не жалуется, получая синяки, но и не прощает таковых. Численко индивидуалист. Его передачи партнеру — это чаще всего игра «в стенку» с расчетом на немедленный возврат мяча назад. Игорь долго играл центрального нападающего и был переведен на край в наказание за пренебрежение к коллективной игре. Сейчас, когда в моде индивидуалисты, акции Численко резко поднялись.

По натуре Игорь довольно ершист, и его отношения с тренерами не всегда безоблачны, отсюда большие интервалы в выступлениях за сборную. В своем клубе к нему привыкли и многое прощают. К отборочным играм последнего первенства мира его вообще не привлекали. О нем вспоминают обычно, когда где-то горит, и он всегда оправдывает надежды.

На последнем первенстве мира Численко забил единственный, победный гол сборной Италии и открыл счет в четвертьфинале с Венгрией. Однако в полуфинале с ФРГ привыкший к всепрощению Игорь в ответ на грубый прием защитника Шнеллингера неразумно бьет по ногам немца Хелда, и судья-итальянец удаляет москвича с поля. Оставшись вдесятером, советская сборная проигрывает матч.

Поступок Игоря испортил ему репутацию в глазах болельщиков. Можно полагать, что ненадолго. Ведь сейчас Игорь в том возрасте, когда люди постигают уже житейскую мудрость, и он может исправить свои недостатки».

Второе издание книги Старостина увидело свет в 1992 году, когда его надежды на постижение Численко «житейской мудрости», увы, не оправдались. Однако симпатий автора он не утратил. К уже приведенной характеристике «ершистого форварда» он добавил еще несколько достаточно емких «мазков»: «Его ставили в пример. Он и впрямь не избегал ответственности, а беспрерывно с мячом атаковал и бил».

И далее, начиная с удаления Численко в полуфинале чемпионата мира: «Поступок Игоря вызвал осуждение всей общественности, но руководство сборной, закрывая глаза на случившееся, наградило-таки Численко медалью за четвертое место. Это не проходит бесследно. Из любимца болельщиков Численко сам перевел себя в разряд игроков с подмоченной репутацией.

Следующий 1967 год Численко начал прискорбным автолихачеством и потому долго не участвовал в играх.

Однако осенью в Лондоне он в течение магических трех минут дважды в отменном стиле поразил ворота чемпиона мира — сборной Англии, которая с превеликим трудом после этого добилась ничьей (2:2) на родном «Уэмбли».

«Фантасмагорией» назвал английский журналист эти два гола Игоря, но удачливый бомбардир не должен забывать, что этика спортсмена — понятие отнюдь не призрачное».

Оставим за скобками некоторые неточности, например, центрфорвардом Численко играл крайне редко, разве что иногда в юношеской команде. А на позицию правого крайнего перешел с места правого полусреднего (было такое амплуа в системе игры «дубль-вэ») и вовсе не в наказание. «Пост у бровки им был облюбован неспроста. Совершая рейды по краю поля, Игорь почувствовал, что здесь есть, где разгуляться силе и скорости. А этими качествами природа его наградила весьма щедро», — это мнение другого заслуженного мастера спорта Сергея Сальникова гораздо ближе к истине.

И насчет индивидуализма «позднего» Численко со Старостиным тоже можно поспорить. Многие специалисты, ведущие спортивные журналисты называли Игоря «душой атаки» «Динамо», а часто и сборной. Такой комплимент подразумевает как раз коллективизм, умение увлечь за собой партнеров, понятно, что не только личным примером, но и взаимопониманием, постоянным взаимодействием с ними.

Удивляет пассаж и относительно руководства сборной, «закрывая глаза на случившееся, наградившего-таки Численко медалью за четвертое место». Во-первых, награды на мировых первенствах распределяет не руководство какой-либо сборной, а оргкомитет. Во-вторых, как можно было оставить без медали футболиста, голы которого вывели сборную СССР в четверку сильнейших в мире.

А «подмоченная репутация» Численко была разве что в глазах тренеров и руководства «Динамо», которым иной раз приходилось терпеть внефутбольные выходки звездного форварда, а то и разруливать их. Но для болельщиков он оставался прежним кумиром, потому что на поле выкладывался полностью, своими рывками, финтами, голами, бойцовскими качествами по-прежнему приводил в восторг трибуны, приносил своим командам — «Динамо» и сборной — весьма ощутимую пользу.

Трудные, не поддающиеся воспитанию дети встречаются почти в каждой футбольной семье, но, как правило, это наиболее талантливые люди. Создавая одни проблемы, они успешно решают другие, порой куда более важные. Как тут не вспомнить Эрнеста Хемингуэя: «Все люди на свете делятся на две категории. С первыми легко, как легко и без них. Со вторыми очень сложно, но жить без них невозможно совсем». И «Динамо», и сборную СССР невозможно было представить без Численко в годы расцвета его таланта. Эта «невозможность житья» без Игоря наряду с «наивным обаянием», которое отмечали его партнеры, и заставляла порой прощать ему то, за что другого давно отлучили бы от профессионального футбола.

Тут стоит заметить, что не один Численко был «трудным ребенком» в отечественном футболе. Подобных примеров в европейском, мировом спорте не счесть, но даже ярые нарушители общественной морали, обладавшие ярким талантом, покорявшие публику футбольным искусством, вызывали своей игрой и вкладом в успехи команд восхищение тысяч болельщиков, перечеркивавшее их, прибегнем к определению Константина Бескова, «художества» за пределами зеленого газона.

Вспомним неистового нападающего «Манчестер Юнайтед» и сборной Северной Ирландии Джорджа Беста с его экстравагантным, неумеренным образом жизни, упрямым и дерзким характером, который доставлял много неприятностей окружающим, да и ему самому. Все это, однако, не помешало Бесту в 1968 году получить «Золотой мяч» как лучшему футболисту Европы. Кстати, если бы не тот подлый удар Хагары, Численко наверняка составил бы серьезную конкуренцию ирландцу в этом референдуме. Представлен Бест и в Зале славы английского футбола.

Эксцентричные выходки другого британца Пола Гаскойна, ныне тоже члена Зала славы, на протяжении более десятка лет терпело руководство «Ньюкасла», «Тоттенхэма», итальянского «Лацио» и шотландского «Глазго Рейнджерс», сборной Англии. «Его влияние на игру было огромным, такое под силу немногим», — оправдывала такое терпение пресса.

Немало хлопот руководящим деятелям английского футбола доставлял капитан лондонского «Арсенала» и национальной сборной Тони Адамс, ныне известный тренер, член Ордена Британской империи, также отличавшийся неукротимым нравом. О своих алкогольных похождениях откровенно рассказывал и другой великий англичанин, нападающий Джимми Гривз.

Признавался в подобной слабости и непревзойденный немецкий бомбардир Герд Мюллер, водилась она и за неподражаемым бразильцем Гарринчей, двукратным чемпионом мира.

Словом, неадекватное поведение за пределами поля классиков футбола терпели во многих клубах и национальных сборных, не лишая их завоеванных со своими командами наград и званий.

Безусловно, стоит ли свеч такое терпение, «всепрощение», по определению Николая Старостина, вопрос спорный. Одни решают его в пользу результатов на футбольном поле, клубных титулов, болельщицких пристрастий, другие — с позиций общественной морали, перед которой, по их мнению, все должны быть равны вне зависимости от уровня таланта и заслуг.

«Динамо» дорожило футболистом, который помогал команде добиваться высоких результатов, выручало в трудных житейских, бытовых ситуациях.

А в «Спартаке», например, с нарушителями спортивной и бытовой дисциплины, вероятно, в первую очередь из-за непримиримой позиции аскета Николая Старостина особо не церемонились. На протяжении всей славной истории популярного клуба иных нарушителей неписаных законов футбола не спасал даже яркий талант.

Проиллюстрирую вышесказанное типичным примером. В 1954 году в команду был приглашен молодой, на редкость одаренный вратарь Владас Тучкус, который, по мнению Никиты Симоняна, со временем мог сравняться в мастерстве со Львом Яшиным. Но красавцу литовцу начали кружить голову московские соблазны, рестораны, женщины. В «Спартаке» могли скрыть похождения голкипера, проводя с ним воспитательную работу (порой одно слово Николая Старостина меняло ход мыслей какого-то футболиста), но вместо этого, что называется, дали им ход. И в 1958 году Тучкус попал под раздачу. После известной истории с упрятанным за решетку величайшим талантом торпедовцем Эдуардом Стрельцовым были дисквалифицированы все известные нарушители режима, в том числе и Тучкус, ни малейшего отношения к стрельцовскому делу не имевший. Тогда же «Спартак» не смог или не захотел отстоять сбежавших из расположения сборной СССР вместе со Стрельцовым левого защитника Михаила Огонькова и правого крайнего нападения Бориса Татушина, лучших в своих амплуа на тот момент в стране.

Какого вратаря «Спартак» потерял, стало особенно очевидно в 1960 году, когда Тучкуса амнистировали, и он творил настоящие чудеса в воротах рижской «Даугавы», несмотря на двухлетнее отсутствие настоящей вратарской практики. А Татушин с Огоньковым после двух лет отлучения от большого футбола на прежний уровень впоследствии так и не вышли.

Можно вспомнить похожие истории и с легендарным вратарем довоенного «Спартака» Владиславом Жмельковым, в 1938 — 1939 годах взявшим 11 пенальти из 12, и с игроками 1960-х годов Юрием Севидовым, Василием Калиновым, которым прочили будущее в рядах сборной СССР.

Численко повезло, когда он попал в «Динамо», а не в «Спартак», в который его тоже приглашали. И в котором он в силу своего буйного нрава мог закончить с большим футболом гораздо раньше, чем его сразил роковой фол словака Хагары.

Признаюсь, в процессе работы над книгой иной раз невольно закрадывался крамольный вопрос: а стал бы Численко звездой, кумиром тысяч футбольных болельщиков, если бы попытался переделать себя, вести добропорядочный образ жизни, то есть проявить насилие над собственной личностью? В своем порочном с точки зрения спортивной дисциплины поведении он ведь был естественным, не ощущал внутреннего напряжения, пребывал в гармонии с самим собой. А постоянная натужность, ограничение были противопоказаны его кипучей натуре и вряд ли пошли бы на пользу на футбольном поле. Недаром же Валерий Маслов отмечал, что, становясь время от времени «на путь истинный», Число начинал хуже играть.

«Я не обязан быть таким, каким меня хотят видеть окружающие, и не боюсь быть таким, каким хотел бы видеть себя сам», — изрек как-то великий боксер Мохаммед Али, тоже не стеснявший себя установленными для спортсменов рамками поведения. Был ли он прав?

Мне кажется, что ответ заключен в коротком абзаце неизвестного автора, случайно обнаруженном в интернете: «Вы все равно уже отличаетесь от других. Стараться это исправить — бесполезно. Лучше воспользуйтесь этим. И насладитесь собой и жизнью».

«Спорт-Экспресс», 29.04.2016

*  *  *

Игорь ЧисленкоЧисленко, Игорь Леонидович. Нападающий. Заслуженный мастер спорта.

Родился 4 января 1939 г. в г. Москве. Скончался 22 сентября 1994 г. в г. Москве. Воспитанник московской юношеской команды «Торпедо» и московской ФШМ. Первый тренер А. М. Акимов.

Выступал в командах «Динамо» Москва (1957–1970), «Динамо» Целиноград, Казахстан (1971).

Чемпион СССР 1959 и 1963 гг. Обладатель Кубка СССР 1967 г.

За сборную СССР сыграл 53 матча, забил 20 голов.

Финалист Кубка Европы 1964 г. Участник чемпионатов мира 1962, 1966 (4-е место) гг.

В 1967 г. стал лучшим бомбардиром европейских национальных сборных, забив за первую сборную СССР 10 мячей, занял 9-е место в опросе еженедельника «Франс футбол» при определении лауреатов «Золотого мяча».

Подробнее »

   
   
на главную
матчи  соперники  игроки  тренеры
вверх

© Сборная России по футболу


 
Rambler's Top100
Рейтинг@Mail.ru