СБОРНАЯ РОССИИ ПО ФУТБОЛУ | СБОРНАЯ СССР ПО ФУТБОЛУ | ОФИЦИАЛЬНЫЙ РЕЕСТР МАТЧЕЙ | САЙТ
ПОИСК
Сборная России по футболу

ОБЗОР ПРЕССЫ / НОВОСТИ


ЛЕОНИД СЛУЦКИЙ: «В ШИРОКОВЕ НЕ РАЗОЧАРОВАН»


Леонид Слуцкий в редакции «Спорт-Экспресса». Фото: sport-express.ru

Сегодня сборная России по футболу отправится в Швейцарию на сбор перед Euro-2016. А вчера в гостях у «Спорт-Экспресса» побывал главный тренер национальной команды и ЦСКА Леонид Слуцкий, который на днях завоевал с армейцами свой третий титул чемпиона страны.

В СРЕДУ ДЗАГОЕВА ПРООПЕРИРУЮТ, ОН ВЕРНЕТСЯ ЧЕРЕЗ МЕСЯЦ

— Воскресенье у вас получилось богатым на события. Положительные эмоции дал поход на программу «Что? Где? Когда?», а известие о травме Алана Дзагоева повергло в шок. Какое событие стало главным?

— Безусловно, травма Дзагоева. При том что мы серьезно отнеслись к игре на телевидении, это мероприятие было непрофильным. Знал, что у Алана есть проблема со стопой, он прикладывал лед, жаловался на боль. Был уверен, что ничего страшного не произошло, что это всего лишь классическая травма, когда наступили на ногу. В воскресенье подъехали на съемки «Что? Где? Когда?», тренировались целый день — и тут мне позвонил доктор и рассказал о травме. Я действительно был шокирован.

— Каковы сроки восстановления?

— Есть два варианта. Наш медицинский штаб склоняется к оперативному хирургическому вмешательству. Наверное, в среду будет операция. В общую группу Алан должен вернуться примерно через месяц.

— Где его прооперируют?

— В Германии.

— Как быстро приняли решение о замене в составе сборной? И почему остановились на Торбинском?

— Были сомнения, разные варианты рассматривал. В пользу Дмитрия — его многофункциональность. У нас есть проблемы на позиции крайнего защитника, не исключено, что Торбинский будет использоваться в таком качестве. Также он успешно играет в центральной зоне, в той же сборной долгое время выступал на этом месте. Подумал, что футболист, который в последних турах выглядел достаточно хорошо, может сыграть на разных позициях и имеет опыт выступления за национальную команду, будет оптимальной кандидатурой.

— Юсупова рассматривали?

— Да. Также были кандидатуры Газинского, Оздоева, Коломейцева — тех, кто на лидирующих ролях в своих клубах.

— Как Дзагоев доиграл 20 минут с травмой?

— На адреналине. Ему было больно не до такой степени, что невозможно терпеть. Когда решающий матч, то не обращаешь на такие мелкие, как тебе кажется, ушибы. Только, как оказалось, это был перелом…

— Зачем же Дзагоев танцевал лезгинку в самолете?

— Это то же самое, что кульбит Оланаре. Никакого отношения одно к другому не имеет — перелом уже есть. Форвард со своей травмой ходил на базу, может жить полноценной жизнью, как и Дзагоев. Если Алану в ближайший месяц нужно будет исполнить лезгинку, то проблем не возникнет. Но играть в футбол на своем уровне он не сможет. Есть повреждения, с которыми люди спокойно живут, но выходить на поле не могут.

— Очевидно, что Дзагоев в сборной — ключевой исполнитель. Можете очертить круг людей, которые способны закрыть его позицию?

— Во-первых, игроки центральной зоны, которые сейчас вызваны, — Глушаков, Иванов. Могут там выйти Головин и Шатов. Тот же Торбинский. Словом, круг кандидатов есть, но конкретного имени назвать пока не могу. Определим по тренировкам, контрольным матчам.

НОЙШТЕДТЕР ПОЛУЧИТ РОССИЙСКИЙ ПАСПОРТ ВО ВТОРНИК

— Новичок сборной России Роман Нойштедтер отказался от немецкого гражданства в пользу российского. Когда футболист получит паспорт с двуглавым орлом?

— Во вторник утром.

— Он прилетит в Москву?

— Нет. В этот день мы улетаем в Швейцарию на сборы. У Романа будет прием в посольстве РФ в Бонне. Надеемся, что во вторник он получит паспорт, все к этому идет. Но более точную информацию дадут сотрудники юридического отдела РФС, которые занимаются этим вопросом.

— Уверены в том, что все будет в порядке?

— На сто процентов. Вопрос только в сроке выдачи документа.

— Сочетание Денисова и Нойштедтера в опорной зоне возможно?

— Вряд ли.

— Тогда состав получается чересчур оборонительным?

— Да. У них немного дублирующие позиции.

— Игрока «Шальке» прежде всего вы видите в роли центрального защитника?

— Мы наблюдали за ним в течение всего сезона, и выступал он именно на этом месте.

— Резонанс вызвало видеоинтервью пятилетней давности, в котором Нойштедтер признается в любви к Украине. Не вызовет ли из-за этого теперь его включение в состав негативной реакции у общественности?

— Не видел этого интервью. Мне не очень интересно, кто кому признается в любви.

— В коллективе появляется новый человек. Не возникнет проблем с тем, как Нойштедтера примет команда?

— Такие же вопросы мне задавали, когда в сборную позвали Гилерме. Никаких сложностей тогда не было, уверен, что с Романом все пройдет гораздо легче. Он — русский парень, прекрасно говорит на нашем языке. К тому же футболиста всегда принимают в зависимости от уровня мастерства. А он у Романа высокий.

— С лидерами сборной не обсуждали его появление?

— А при чем здесь мнение коллектива?

— Поговорим о «Что? Где? Когда?». Какие впечатления остались?

— Большой опыт стресса, который получают футболисты, положителен в других сложных жизненных ситуациях. Те же знатоки после игры не только говорили комплименты, но и признавались, что поражены командой, у которой раньше не было подобного опыта. Прямой эфир, вокруг тебя стоят Друзь и Поташев. Примерно то же самое, начни Поташев жонглировать мячом в присутствии Месси или Криштиану Роналду. Тем не менее ребята выдержали, спокойно играли, давали различные версии. Тот уровень напряжения, который не сумеет перенести обычный человек, футболистам привычен. Бывали случаи, когда новая команда проигрывала в «Что? Где? Когда?» в пух и прах. И не из-за того, что вопросы были сложными, а просто не могли собраться, терялись.

— Зачем вам это было нужно?

— С первого дня прихода в национальную команду поставил перед собой цель, чтобы сборная России стала настоящей сборной нашей страны. Чтобы была максимально приближена к людям, к болельщикам всех категорий — к свекровям, домохозяйкам. Думаю, рейтинги у передачи высокие как раз за счет тех самых домохозяек. Те, кто увлекается футболом, и так будут смотреть чемпионат Европы. Уверен, огромное число людей, кто не интересовался нашим видом спорта, после вчерашнего «Что? Где? Когда?» захотят посмотреть, как эти ребята выглядят на поле.

Не знаю, удалось ли решить задачу, но мы честно старались работать в этом направлении. Было очень тяжело, никто не знал, как закончится последний тур чемпионата, кто в каком состоянии будет находиться без выходных. Мы приехали на съемку в Нескучный сад к трем часам дня, тренировались. Видно было, какой шок это вызывало у организаторов. К ним явились люди с неизвестным уровнем подготовленности, адекватности. Благодарен ребятам, что в момент, когда всем хотелось отдохнуть и побыть с семьями, они согласились принять участие в передаче.

Если говорить о самой игре, то прекрасно понимаю, что мы не магистры «Что? Где? Когда?» и не можем отвечать на такие же вопросы, что задают обладателям хрустальных и бриллиантовых сов. На мой взгляд, у нас был только один неберущийся вопрос, когда мы не понимали, в каком направлении идти. Во всех остальных случаях, даже когда проигрывали, были версии. Нам очень помог опыт игры в «Что? Где? Когда?» в ЦСКА. В клубе на сборах практикуем это регулярно — не случайно армейцы солировали в воскресенье, ведь у них больше опыта.

— И как вам эти тренировки в ЦСКА?

— Когда играли в первый раз, то было сложно перестроить ход мыслей. Сейчас же можем улавливать какие-то моменты. Думаю, получился интересный и хороший опыт. Надеюсь, теперь у сборной прибавится болельщиков на Euro, а к нашим футболистам и футболу в целом поменяется отношение.

— Кто определял состав?

— Я. Легче было задействовать тех, кто был в Москве. И вполне естественно, что костяк команды состоял из армейцев. С ними легче договориться, знал уровень их подготовленности.

— Смолов был в первоначальном списке?

— Была одна вакансия. Предложили участвовать почти всем игрокам сборной, но у многих уже были планы на окончание сезона, поэтому не все смогли. Тот состав, что вышел, выступил достойно и был оптимальным.

— Номер братьев Сафроновых с исчезновением сборников понравился?

— До сих пор не узнал, куда пропали игроки (смеется).

— В зале это выглядело как настоящий трюк?

— Да. Смотрел на сцену, и раз, футболисты исчезли. Не знаю, как это выглядело по ТВ, но вживую выглядело эффектно.

— Настольная версия «Что? Где? Когда?», подаренная команде в конце передачи, поедет с вами во Францию?

— Конечно, там полный набор с карточками и вопросами. В ЦСКА и в сборной всегда берем с собой множество подобных игр.

— Возможен ли такой матч сборной с болельщиками во время Euro?

— Во Франции обещать не могу. Но в будущем все возможно. Кстати, когда узнали, что мы идем на Первый канал, на телефон стали валом сыпаться просьбы, чтобы в эфире был задан вопрос от определенного человека. Но они не понимали, что я никак не влияю на режиссерскую группу «Что? Где? Когда?». Поэтому просьбы эти удовлетворить было невозможно.

— Предлагали деньги за помощь?

— Вряд есть сумма, которая могла бы заинтересовать меня в этой ситуации (смеется).

— Кто из вашей команды удивил?

— Артему Дзюбе было тяжелее. Для него эта ситуация в новинку. Хорошо проявил себя Олег Иванов, по тренировкам чувствовалось, что он быстро схватывает. Опыт получился интересным и специфическим. Со стороны могло показаться, что вопросы простые и все было легко, но это не так. Хотя на тренировках попадались и сложнее.

— Ведущий Борис Крюк тоже ведь из футбольных людей, болельщик?

— Да — «Динамо», если мне не изменяет память.

— Тяжелые времена для него наступили…

— Но он этого никак не показывал.

— Как воспринимаете большой всплеск медийного интереса к команде и себе лично, неизбежно происходящий перед всеми крупными турнирами?

— Уже сказал: одной из важнейших своих задач считаю добиться того, чтобы сборная была действительно сборной для болельщиков, нашей общей командой, приближенной к народу. Поэтому готов быть максимально открытым в этом плане. Понятно, что, когда начинается работа, все равно закрываешься. Потому что, во-первых, у тебя нет времени, во-вторых, слишком сосредотачиваешься на своих вопросах.

Но если мы говорим про сегодняшний день, то, к примеру, в понедельник у меня запланированы четыре различные съемки и интервью, а все воскресенье было посвящено передаче «Что? Где? Когда?». Я тоже эти два дня между чемпионством и до начал сбора национальной команды, пытаюсь максимально много и, надеюсь, интересно рассказывать про сборную, ЦСКА, футболистов. Которые, на мой взгляд, у нас в стране немного недооценены именно в плане душевности и отношения к ним.

КАК БУРЛАКИ ТЯНУЛИ НЕПОДЪЕМНУЮ БАРЖУ

— Концовка чемпионата получилась невероятно интригующей. Все решалось даже не в последнем туре, а на последних минутах, когда Акинфеев совершил потрясающее спасение. Было ли у вас весной ощущение, что золото может ускользнуть из рук?

— Вчера задал Акинфееву и братьям Березуцким один и тот же вопрос: какое из их шести чемпионств в ЦСКА оказалось самым тяжелым. Все в один голос сказали, что нынешнее. Потому что в разные года у нас были звезды, которые во многом вытаскивали матчи, — где-то Вагнер, где-то Думбья. До моего периода можно вспомнить еще и Карвалью, который провел фантастический 2005 год.

Не могу сказать, что прошедший чемпионат я уже успел глубоко проанализировать. Но, во-первых, у нас в последних шести встречах не было права на ошибку. Любая ничья сразу становилась бы в пользу «Ростова» — и за это ему надо отдать должное. Да, своим поражениям от «Мордовии» он позволил ЦСКА выйти вперед, однако дальше мы уже понимали, что терять очки не можем. А ведь всегда есть вероятность не выиграть. Не важно, у Уфе ли, в Екатеринбурге ли. И когда осознаешь, что нужно побеждать, побеждать и побеждать, это достаточно сложно.

Во-вторых, же… Апофеозом сезона стал гиперсэйв Акинфеева.

— Безусловно.

— Но смотрите. Дзагоев забил золотой мяч в Казани. Вернблум решающими голами приносил важнейшие победы в предыдущих турах. Леша Березуцкий принес три очка против «Динамо». Еременко дал конкретику против «Краснодара» — гол и передача. Широков отдал результативный пас с «Уфой». Блестяще играл Игнашевич. Муса забил два мяча в двух матчах перед «Рубином». Натхо долго не попадал в состав, но в последних ключевых встречах выходил в старте, великолепно провел матч с «Краснодаром», отдал голевой пас. То есть я могу перечислять героев — и назову здесь почти всех футболистов команды. Каждый брал на себя лидерство в определенный отрезок времени.

У нас не было условного Вагнера или Думбья, которые колотили бы и колотили, а мы могли надеяться на них: если не пойдет у ЦСКА в целом, человек все равно решит задачу. Наше золото — абсолютно командное. И апофеозом всего этого стал сейв Акинфеева, который я рассматриваю не просто как отдельное спасение Игоря, а именно как цепочку, эстафетную палочку, которую мы передавали друг другу и в конце концов отдали капитану команды. А он совершил грандиозное спасение и с честью завершил этот тяжелейший сезон. Поэтому чемпионство далось действительно очень сложно. У всех возникало ощущение, что мы все вместе тянем как бурлаки неподъемную баржу. А если хотя кто-то один расслабится пусть даже на 10 процентов, она тут же пойдет ко дну.

Я не знаю, как это смотрелось со стороны. Почему-то все, мне кажется, думают: вот, ЦСКА спокойно, уверенно, взял золото на чемпионском опыте. Но ведь он не дает тебе возможность выходить на поле уже со счетом 3:0! И он не значит, что соперник, к примеру, не вступит пять раз за игру с тобой в единоборства. Безусловно, опыт есть, но его нужно обогащать каждый день.

— В такой ситуации, когда нет права на ошибку, коллектив надо натянуть как струну или, наоборот, расслабить?

— Все по ситуации. Перед какими-то матчами пытался развеять футболистов, поскольку видел, что уровень ответственности зашкаливает. В какие-то моменты, как, к примеру, в перерыве в Уфе — понимал, что игроки никак не могут раскочегариться, что все на них свалилось, и их надо было просто разбудить, встряхнуть, чтобы вывести их из этого состояния. Неизвестно, правда, куда команда после встряски придет. Когда ты спишь, а на тебя вдруг выливают ушат холодной воды, ты можешь проснуться и побежать, а можешь дать в морду разбудившему и сказать: «Да иди ты, я вообще не буду вставать». То есть точную ответную реакцию предсказать сложно, но добиться ее все равно необходимо. Поэтому все у нас и было по-разному.

— А как в ЦСКА отнеслись к тому, что перед матчем с «Рубином» мэр Казани обещал дать настоящий бой, чтобы порадовать Курбана Бердыева и сделать его чемпионом?

— Они, собственно, так и сделали. Да никак мы не отнеслись к этим высказываниям — и так все понимали. Я не помню еще ни разу за все годы работы в ЦСКА, чтобы нам открывали двери и выносили оттуда все готовое, говорили: «Welcome! Вот вам хлеб-соль и победа 3:0, три очка у вас в кармане». Мы сами прекрасно знали, что «Рубин» приложит максимум усилий. И никакого эффекта те слова на нас не оказали.

— В конце сезона часто шли разговоры о стимулировании аутсайдеров со стороны больших клубов. Вы как к такой практике относитесь? И прослеживалось ли что-то такое сейчас?

— Мы точно никого и никак не стимулировали. Мне сложно сказать, как к этому относиться. На мой взгляд, если идет побуждение к более активной игровой деятельности, это, как понимаю, не совсем законно, но в плане спортивного духа и принципов нет ничего страшного. Хотя настоящий спортсмен и без дополнительной мотивации со стороны будет готов отдать все силы на поле ради победы.

БЕЗУСЛОВНО, ХОТЕЛИ БЫ ПРОДОЛЖИТЬ СОТРУДНИЧЕСТВО С ОЛАНАРЕ. НО…

— Многие весьма лестно оценивали работу ЦСКА во время зимней трансферной кампании — пришли Оланаре, Ткачев и Широков. Сейчас, спустя время, у кое-кого поменялось мнение. Никто из троих не стал футболистом стартового состава, лишь отчасти — нигерийский форвард. Вы по итогам сезона какую оценку дадите?

— Давайте говорить честно. Если проанализировать все наши трансферы за последние два года, то все это были бесплатные или арендованные футболисты. Поэтому, учитывая наши реалии, взять Широкова, Ткачева и Оланаре за «ноль» — это круто! Пусть кто-нибудь еще попробует сработать так же, получив игроков пусть даже не для старта, а хотя бы для обоймы.

Очень хорошо, что на нас работает имя. Мы боремся за самые высокие места, и люди, руководствующиеся спортивными принципами, хотят идти в ЦСКА. Это круто. На сегодняшний день это наша козырная карта. Если мы рассуждаем про нынешний сезон, то зимой от нас ушел Думбья — суперключевой исполнитель и бомбардир. А пришли три новичка очень хорошего уровня, но никто из них не железный игрок основы. Широков начинал в старте, мы все очень хотели и надеялись на него, но все же решили вернуться к более проверенному варианту. Ткачев на протяжении двух сборов был травмирован, хотели проверить его на позиции левого защитника, но удалось это не в необходимом объеме. Оланаре, как и Широков, появился только на последнем сборе, лишь по ходу весенней части стал очень важным и ключевым футболистом.

Кстати, если говорить про Аарона… Если апофеозом сезона мы назвали спасение Акинфеева, то апофеозом отношения к делу — это именно Оланаре. Он, как было видно со стороны, уже во время первого стыка во время финального матча Кубка России получил серьезнейшую травму. Тем не менее, замотав колено, продолжил матч, забил гол и лишь потом, после второго столкновения, вынужден был покинуть поле. И это человек, находящийся в аренде и не имеющий долгосрочных гарантий пребывания в клубе! Это тоже считаю громадным завоеванием нашего коллектива. Все же некоторые очень часто берегут себя, думают о том, что их ждет дальше, просчитывают варианты. А здесь футболисты, погружающиеся в нашу среду, забывают обо всем — в аренде они или нет, долго ли им быть в команде или нет. Очень важный момент, на мой взгляд.

— Каково будущее Оланаре ЦСКА после операции? Вы уже как главный тренер высказали свою позицию?

— Не могу ее высказать как главный тренер, потому что здесь все зависит именно от медицинских аспектов — насколько серьезна или несерьезна травма, каковы сроки реабилитации, будет ли повреждение иметь последствия в дальнейшем. Мы, безусловно, очень хотели бы продолжить сотрудничество. Но какая-то конкретика будет только после операции, когда доктор выдаст заключение.

— ЦСКА на официальном сайте описал характер травмы, как повреждение передней и боковой связок правого коленного сустава. Но ведь связки под названием «передняя» в колене нет.

— Передняя крестообразная связка.

— Это уже точно или пока просто подозрение? Каковы сроки реабилитации?

— Пока астроскопом не влезут, точно сказать ничего нельзя. К тому же когда комплексная травма, очень важно, как все повреждения сочетаются друг с другом. То есть нельзя рассматривать по отдельности: боковая связка — такой срок восстановления, крестообразная — такой, мениск — еще столько-то. Все идет в совокупности. И прогнозы до операции давать бесполезно.

— Когда она планируется?

— К сожалению, доктор Айнхорн, к которому мы отправляем футболистов с травмами крестообразных связок, находится в отпуске. Насколько мне известно, хирургическое вмешательство запланировано на конец мая. В любом случае сейчас же есть совсем другие методики, когда колено закачивается, мышцы готовятся к операции, и принципиально дата на сроки восстановления не повлияет.

ШИРОКОВ СТАЛ ЖЕРТВОЙ СИТУАЦИИ

— Вопрос по другому новичку — Широкову. Генеральный директор ЦСКА Роман Бабаев говорил, что решение по нему будет в конце сезона. Оно уже есть?

— Вопрос скорее надо задавать клубному начальству, потому что я не до конца в курсе тех же контрактных и финансовых условий и нюансов, которые наверняка в данном случае будут учитываться. Конкретно на данную тему пока с руководством ЦСКА не разговаривали.

— То есть неизвестно, в каком статусе Широков едет на Euro-2016?

— Я не знаю, когда официально заканчивается контракт. Понимал, что он действует до конца сезона — а в мае или июне, точно не могу сказать. Нужно смотреть бумаги и определять, в каком статусе юридически Широков едет на чемпионат Европы. Если это настолько важно.

— А у вас с Романом был уже разговор о будущем?

— У меня его не было и в момент, когда он приходил в ЦСКА. Я могу высказывать тренерскую позицию, но есть же еще финансовые возможности и приоритеты, клубная политика и так далее. Если бы вопрос рассматривался только с точки зрения тренера — это одно. Но он гораздо шире.

— Для большинства любителей футбола период Широкова в ЦСКА стал разочарованием. А для вас?

— Вы знаете… Нет. Вот представьте ситуацию: не самый молодой футболист пропускает два сбора. Приезжает на третий не в лучшем состоянии в команду, которая уже функционирует. Мы честно пытаемся максимально задействовать его, он играет весь третий сбор в составе, начинает в основе чемпионат.

И вопрос даже не в Широкове. Просто наша конфигурация сначала несколько сдвинулась, немного не туда завернулась. Была проблема с левым защитником — Щенников травмирован, Цауня, на которого мы рассчитывали, тоже получил повреждение в последнем контрольном матче. Еременко мы сначала отправили на фланг. Он смещается в центр, левого защитника нет, и часть поля оставалась, по существу, неохваченной. И мне пришлось решать вопрос, исходя не из состояния условного Широкова или кого-то еще, а из целого комплекса факторов. И я посчитал нужным перестроить игру именно так, чтобы на бровке действовал более классический фланговый исполнитель, а не Еременко, учитывая, что он задействован не только в атакующих действиях, а во многих других общекомандных — это касается отбора, освобождения зон, перемещений, стандартных положений и так далее.

Вот, кстати, все говорят: Еременко провел не лучший чемпионат. Да, это так. При этом я даже больше скажу: после операций на паховых кольцах и приводящей мышце почти всегда следующий сезон футболисты проводят ниже своего уровня. Это прямо стопроцентная статистика! Поскольку очень долго возникают неприятные ощущения, человек не может привыкнуть к постоянно ноющей боли. Тем не менее, даже не забивая и не отдавая голевые передачи, Еременко проделывал большой объем работы и функционально был очень полезен.

И мы выбрали уже адаптированный и наигранный прежде вариант, а Широков стал его жертвой. Когда стало ясно, что ситуация развивается именно так, я поговорил с Романом. Сказал, что он должен спокойно и профессионально воспринимать эту ситуацию, что он все равно в команде. Ружье на стене висит, и оно все равно стрельнет, никуда не денется. Потому что есть высочайший уровень мастерства. Собственно, так и произошло. Победа в Уфе — гениальная голевая передача Широкова, и эти три очка, к которым он приложил не то что руку, а абсолютно все части тела, говорят о том, что уровень мастерства у него остался. И план, который мы выбрали, может, не сильно устраивает Романа. Но в этой ситуации мы решили поступить именно таким образом.

НЕ СОМНЕВАЛСЯ, ВЫЗЫВАТЬ ЛИ РОМАНА

— 13 матчей подряд с учетом Кубка Широков не выходил в стартовом составе. Понятно, что вы провели с ним беседу, но характер-то в карман не спрячешь. Какие-то проблемы возникали?

— Вообще никаких. Когда встречал футболистов «Спартака» и «Зенита» или их представителей, они все задавали такой же вопрос. С моей стороны следовал такой же честный ответ, который вызывал удивление.

— То, что Широков не высказывал претензий, это ваша личная заслуга?

— Не знаю. Я не видел другого Широкова. В сборной и ЦСКА абсолютно никаких проблем ни по отношению к тренировкам, ни по взаимодействию с тренерским штабом или другими футболистами не было. Более того, могу сказать, что он взял на поруки Головина. Считаю, во многом прогресс молодого футболиста связан с тем, что Широков уделяет ему много времени, подсказывает. Когда мы делаем упражнения в парах, Широков постоянно работает с Головиным. То есть проявляются уже какие-то наставнические качества. Так что в пребывании Романа в команде вижу большой плюс.

— Правда, что вы до последнего момента сомневались, брать ли Широкова на Euro или нет?

— Нет, таких сомнений не было. «Спорт-Экспресс», например, писал о том, что атмосфера в национальной команде очень важна. Будем откровенны, если ты не выделяешься уровнем мастерства на фоне таких сборных, как Франция, Германия, Бельгия, надо брать другими вещами. Атмосфера действительно важнейшая составляющая. А ее формируют опытные игроки — Березуцкие, Игнашевич, Акинфеев, Денисов, Широков, Дзюба. Не могут ее определять Головин, Гилерме, Нойштедтер.

— А если Широков не будет играть?

— Учитывая опыт пребывания Широкова в ЦСКА, его взаимоотношения с ребятами, человеческую харизму, даже если он не всегда нам будет помогать на поле, станет для нас большим подспорьем. Я на это надеюсь. Хотя нужно признать, что такую атмосферу в клубе сохранять легче. Есть контракт, финансовые обязательства. Футболист не может просто так встать и уйти. В сборной с этим сложнее.

— Широков не молодеет и в последнее время в ЦСКА выходил на замену. Можно ли сказать, что вы видите его на Euro в роли джокера?

— Вполне возможен и такой вариант. Однако впереди еще сборы, две контрольные игры. Скажу банальную вещь: реально у каждого футболиста национальной команды будет шанс проявить себя и доказать свою состоятельность.

— Неужели Гилерме может вытеснить Акинфеева?

— Все может быть. Конечно, сейчас четко понимаю, кто из игроков в большей степени претендует на место в стартовом составе, а кто в меньшей. Но когда мы говорим о сборной, шанс есть у каждого.

— Резюмирая по Широкову: вы ни секунды не сомневались, брать ли его на чемпионат Европы?

— Нет.

— С капитаном команды уже определились?

— Как было, так и осталось. Широков — капитан команды, Вася Березуцкий и Денисов — вице-капитаны.

— Кто наденет повязку, если Широкова не будет в стартовом составе?

— Василий.

— В сборной складывается уникальная ситуация: будет играть представитель ФНЛ — Денисов.

— Пока Денисов едет в статусе футболиста команды, которая выступала в премьер-лиге. А так, я уже подшутил над Игорем на эту тему.

— Если Широков играть не будет, кто может занять его место на поле?

— Мамаев, Иванов.

— Шатов?

— Ну. Может быть. Но в меньшей степени.

— Больше видите его слева в атаке?

— Пока думаем прежде всего о том, кто заменит Дзагоева. Шатов, напомню, входит и в тот список.

ЛУЧШИЕ ФУТБОЛИСТЫ СЕЗОНА — АКИНФЕЕВ, ВЕРНБЛУМ, СМОЛОВ

— А возможно ли в принципе серьезное изменение схемы? Например, переход на 4-4-2 с учетом того, что разыгрался Смолов, а Широков не будет выходить на поле?

— Когда происходит замена игрока по позиции, фактически меняется и схема. Понимаете, когда Кокорин выходит в правой зоне, нельзя эту расстановку назвать 4-2-3-1. Как ни крути, Кокорин — номинальный форвард. А тот же Тошич справа в ЦСКА — фланговый игрок, который взаимодействует с крайним защитником. Так что есть разница, играет или слева Шатов или Смолов. Мы будем отталкиваться от состояния людей, а не от схемы.

— Могут ли одновременно появиться на поле Дзюба, Смолов и Кокорин?

— Да, могут.

— В стартовом составе?

— И такой вариант тоже возможен.

— А вы же говорили, что видите Смолова скорее на позиции центрального нападающего?

— Скорее — да. Но в этом сезоне у него была очень хорошая статистика, в том числе когда он действовал не на профильной позиции.

— Назовете тройку лучших игроков?

— Да. Но я не могу распредилить ее по местам.

— Нет, лучше по местам.

— Хорошо. Первые два места отдам Вернбулуму и Акинфееву. Не могу их поделить. А третье — Смолову.

— Халк, Промес?

— Считаю, что лучший игрок должен быть из состава чемпиона России. Когда побеждал «Зенит», называл Халка. Третьим поставил Смолова, который очень ярко себя проявил и стал лучшим бомбардиром.

С ЖИРКОВЫМ БЫЛ РАЗГОВОР ОДИН НА ОДИН ПОСЛЕ МАТЧА С ФРАНЦИЕЙ

— Герман Ткаченко и Андрей Созин говорили о вашем конфликте с Юрием Жирковым. Могли бы расставить точки над i в этой истории?

— С Юрой у нас был разговор после матча с Францией, но не в перерыве. Не могу сказать, что это был конфликт, но и мирной беседой назвать нельзя. Общались с Жирковым один на один, никого больше рядом не было.

— Даже Созина?

— Может, я его не узнал, потому что не знаю, как он выглядит. После того матча мы много раз созванивались с Юрием. Травму ахилла вел врач сборной Эдуард Безуглов, футболист прилетал в Москву, консультировался, я был в курсе всей этой ситуации, постоянно общались. Все время говорили, мол, Юра, давай определяйся. Последний созвон с ним был в Казани, после празднования чемпионства. Жирков сказал: «У меня действительно сильно болит ахилл, понимаю, что не смогу помочь сборной в этой ситуации».

— Исключаете вариант, что Жирков однажды даст интервью, в котором скажет, что травмы не было? Как это случилось в хоккее во время ЧМ-2016, когда Наиль Якупов опроверг слова Олега Знарка про травму.

— Исключаю. Все дело в травме. Или что, Юрий на два месяца «надул» себе ахилл, сделал воспаление и обманывал доктора? (Улыбается.)

Просто посмотрите все последние игры «Зенита». Жиркова либо не было в протоколе вообще, либо он выходил на замену, либо его меняли, как во встрече с «Динамо». Когда говорят, что у него нет никакой травмы, то у меня возникает вопрос: когда Юра перешел в «Зенит», он железно играл в составе на позиции левого защитника, так почему вдруг потом пошли перепады? Все это было из-за проблем с ахиллом, так что никто ничего не выдумывает.

— Бывает, футболисты пытаются скрыть свои травмы, что бы поехать на крупный турнир.

— Ну, а что сделаешь? Дзага вчера рыдал, узнав, что не поедет. Ну, а если травма?

— Но если бы Юрий сказал, что готов?

— Все равно медицинский штаб дает рекомендации. Если игрок считает, что ему ничего не мешает, последнее слово за врачами.

— Вы были готовы к ситуации с Кузьминым?

— Да, был готов. У история, идентичная с Жирковым. Два месяца назад Олег уезжал на консультацию в Германию. После этого он пропустил месяц в чемпионате России, его лечили консервативно, делали уколы. Потом вернулся в общую группу, вышел в матче с «Анжи», хотел проверить, как чувствует себя колено. К сожалению, были болезненные ощущения, получил красную карточку. Потом вышел против нас, опять попробовал, как чувствует себя колено. Понял, что оно не дает играть в полную силу. Скорее всего, предстоит операция.

— Обидно, ведь это был его последний шанс сыграть на крупном турнире…

— А мне за всех обидно. А каково Дзагоеву? И за себя очень обидно. Хотелось бы сыграть в оптимальном составе. Но что сделаешь.

— Тем более у соперников нет каких-то серьезных потерь?

— Да дело даже не в этом. Таких турниров много в карьере не бывает. Хочется быть в полной боевой готовности. И Дзагоев, и Жирков, и Кузьмин — серьезные для нас потери.

ЖЕМАЛЕТДИНОВУ И КУТЕПОВУ ПОКА РАНО В СБОРНУЮ

— Фланги обороны — главная головная боль?

— Справа-то все понятно.

— Смольников не может сыграть слева?

— А кто справа тогда? Шишкин? Посмотрим. Будем принимать решение на месте.

— Вы когда определяли состав, совсем не думали о ближайшей перспективе — Кубке конфедераций, чемпионате мира?

— Нет. А зачем?

— Может быть, дать кому-то опыт.

— Кому?

— Кутепову или Жемалетдинову.

— Жемалетдинов провел всего четыре матча, из них ярко — два. Так не бывает. Даже если бы он поехал на Eurо, он бы там не играл. А что это за опыт? Надо ехать на турнир с хоть какими-то шансами. Вот у Головина они есть. Кутепов? Неплохо смотрелся в концовке сезона, но этого еще недостаточно. У этих ребят появятся шансы, когда они пройдут определенный цикл, продолжат проявлять себя в клубах. Головин, например, всю весеннюю часть был футболистом стартового состава команды — чемпиона страны, выиграв конкуренцию не из-за лимита у Натхо, косвенно у Широкова, Тошича.

— Но вы его впервые вызвали еще до того, как он оказался в стартовом составе ЦСКА.

— Там была другая ситуация. В марте у всех не было игровой практики в течение трех месяцев, поэтому я отталкивался от сборов. Уже тогда понимал, что Головин — это футболист основного состава ЦСКА на всю весеннюю часть. Он блестяще выглядел на сборах, стал лучшим бомбардиром. Я же его не в ноябре вызвал.

— А когда его приглашал Капелло, вы видели в нем такой потенциал?

— Вызовы Головина и Чернова в сборную Капелло — необходимость, связанная с количеством травмированных и статусом тех товарищеских матчей. Надо было взять футболистов, для которых это было бы озарением и счастьем. Если бы мы сейчас не на Евро ехали, а просто проводили спарринги, то опытным футболистам дали бы возможность уйти в отпуск, а работали бы с условными Жемалетдиновым и Кутеповым. Тогда была точно такая же ситуация. А уже потом случилась эта невероятная история с травмами, которая и позволила Чернову сыграть в официальном матче с Австрией.

— Кого из молодых помимо Жемалетдинова и Кутепова могли бы выделить в чемпионате?

— Мне очень нравится Баринов, но он пока мало играет. Надеюсь, что со временем Баринов станет ключевым футболистом «Локомотива» или хотя бы войдет в обойму. Назову также Зобнина — хотя команде трудно занести сезон в актив, его прогресс очевиден. Миранчук — не могу сказать, что с тех пор, как он выстрелил и его все назвали лучшим молодым игроком, идет прогресс. То вверх, то вниз, то в составе, то нет. Но, безусловно, он находится в этом списке, потому что уже несколько лет выступает за одну из ведущих команд премьер-лиги. Могилевец, да. Безусловно, Селихов. Наверное, все.

— Ваша позиция по совмещению не поменялась?

— Нет.

— То есть считаете, что вам нужно работать только в одном месте.

— Я не так ставил вопрос. Говорил не про себя, а про то, что у сборной России после чемпионата Европы должен быть освобожденный тренер. Тот объем работы, который свалится при подготовке к домашнему чемпионату мира, не позволит совмещать это с какой-либо другой деятельностью.

— Может, эта точка зрения уместна только в отношении последнего сезона перед чемпионатом мира, а не предпоследнего?

— Думаю, нет. В цикле нужно будет задействовать многих игроков. Простой пример: сегодня мне как тренеру сборной прекрасно известны возможности Торбинского. Или Денисова. Но вот Жемалетдинова надо смотреть каждый матч. Когда делаешь ставку на новых футболистов, пусть их даже три или четыре, формировать мнение нужно очень тщательно.

— А хор из Виталия Мутко и Евгения Гинера не сможет вас убедить остаться на двух постах?

— Пока нет ни хора, ни даже соло. Думаю, что вопрос в любом случае будет решаться между руководителями.

ГОНЧАРЕНКО ОТКАЗАЛ «КУБАНИ» ПОСЛЕ РАЗГОВОРА СО МНОЙ

— Попутно уже занимаетесь планами сборов ЦСКА?

— Пока мы определили даты выхода из отпуска. 20 июня появятся те, кто не задействован в сборных. 25-го — те, кто сыграет сейчас в товарищеских матчах, но не на Euro, — Еременко, Натхо, Тошич.

— А кто их будет тренировать?

— Онопко и Гончаренко.

— Последний по-прежнему мечтает о самостоятельной работе?

— Да, и не скрывает этого. Если у него будет предложение, которое его устроит, думаю, уйдет. Если нет — мы будем рады продолжить сотрудничество.

— За что именно Гончаренко отвечает в ЦСКА? Что своего привнес?

— Помимо участия в тренировочном процессе его пласт — подготовка информации о сопернике.

— Правда, что, когда Гончаренко получил предложение от «Кубани», вы попросили его остаться?

— Немного не так. У нас была и остается договоренность, что в любую секунду Виктор Михайлович может покинуть клуб, если получит выгодное предложение. И когда к нему обратилась «Кубань», я сказал, что приму любое его решение. Но добавил, что мне очень хотелось бы довести этот трудный сезон до конца вместе, ведь механизм отлажен. Вот такой был разговор.

ПРИ ТОЛСТЫХ СУДЬИ БОЯЛИСЬ КНУТА

— Как вам судейство в этом сезоне? Весной тема обсуждалась очень бурно. В том числе Евгений Леннорович высказывался…

— Плохое… Я каждый игровой эпизод пропускаю через себя, в том числе судейские решения. Бывает, арбитр ошибается, ты воспринимаешь это эмоционально, но нет ощущения планомерности. Тебе не кажется, что выполняется какой-то «заказ». А иногда прямо вот понимаешь, что команду «взяли за горло». И ничего не можешь сделать. Это чисто внутреннее ощущение. Не могу никак это подтвердить, доказать. Так вот, в этом сезоне подобное ощущение возникало. Конкретные матчи не назову, уж извините.

Буду очень счастлив, если это ощущение меня покинет. И судейство будет таким же, как в матчах сборных или в еврокубках. Когда выступаем в Лиге чемпионов, даже мыслей таких нет. Хотя там ошибаются даже порой похлеще, чем наши. Но я говорю сейчас не об уровне квалификации арбитров. У нас умеют судить. Основным завоеванием судейского корпуса будет, если тренеры и общественность станут понимать, что рефери просто иногда ошибаются.

— Поддерживаете или порицаете Василия Березуцкого, который сказал, что судьям можно надевать майки «Зенита»?

— Это были эмоции. Хотя, по сути, Вася в более резкой форме пытался сказать то же самое, что я сейчас доношу тактичнее (улыбается). Я ни в коем случае не имею в виду именно «Зенит», никого ни в чем не обвиняю.

— А бывали сезоны, когда этого ощущения не было?

— Скажу не очень популярную вещь. Может, мне за нее даже достанется. Хотя при Николае Александровиче (Толстых. — Прим. «СЭ») многое было не так, и пряников не существовало вовсе, но кнутом он работал виртуозно. Мог щелкнуть кого угодно. И, как мне казалось, судьи понимали, что кнут может добраться до них.

ВИТИНЬЮ ИГРАЕТ БЛЕСТЯЩЕ!

— Смирились, что Муса покинет ЦСКА?

— Это еще далеко не факт. Но мы понимаем, что любой игрок ЦСКА, который ярко себя проявляет, может уйти. И часто именно ради этого в клуб приходит.

— Почему упустили Даббура?

— Я не знаю всех деталей. Он входил в сферу наших интересов, мы его долго вели, общались. Но от меня зависит только спортивная сторона вопроса, вижу ли этого игрока в команде. А дальше есть куча факторов: стоимость, личные условия, агент, семья, вера… И на каком этапе что-то не сложилось — не знаю.

— Оланаре стал выходить в старте, именно когда стало известно о сложностях в переговорах по Даббуру…

— Эти вещи никак не связаны.

— Какие позиции ЦСКА нуждаются в усилении в первую очередь?

— Уже не помню, когда последний раз рассуждал такими категориями. Сначала всегда думаешь, кто из основных может уйти. Нападающий это понятно. Но вообще больше размышляю о футболистах, которые находятся в аренде. Вернуться есть возможность у Караваева, Миланова, Страндберга, Витинью.

— То есть на бразильце крест не поставлен?

— Да он там блестяще играет! Скорее всего, попадет в олимпийскую сборную Бразилии. В том году был одним из лучших бомбардиров.

— Но не опасаетесь, что он может так выглядеть только на родине?

— А смысл опасаться? Это исполнитель, обладающий массой классных качеств. Доказывает, что его покупка не была ошибкой. Уверен, как минимум свои деньги за Витинью ЦСКА вернет. Даже сумма аренд об этом говорит. Когда вы снимаете квартиру, то понимаете сколько она стоит. Так же и тут. Это точно не провал. А сможет ли Витинью так же играть здесь, как в Бразилии… Очень на это надеюсь.

— Базелюка вы в числе тех, кто может вернуться из аренды, не назвали…

— Не назвал.

— Но статистика в «СКА-Энергии» у него неплохая. За ним тоже следите? Есть у него прогресс?

— У нас есть те, кому клуб будет искать новые варианты аренды или продажи. Если Костя хорошо выглядит в Хабаровске и у него будут варианты в премьер-лиге, будем только рады. Помимо Базелюка есть Тен, Ефремов, Амбарцумян и ряд других. Может быть, появятся еще.

— Почему не видите пока в ЦСКА Ефремова?

— Он неплохо выглядел в «Словане», получил опыт, в том числе еврокубковый. Но глобального прогресса на данном этапе, как у того же Головина, не добился. Он двигался вперед мелкими шажочками, мы попробовали вариант с арендой. А дальше ему было бы полезно провести сезон в премьер-лиге, но в клубе с целями поскромнее. Я, кстати, смотрел почти все матчи с участием Караваева и Ефремова. С Базелюком сложнее — банально не хватало времени.

— Вы часто беседуете с Головиным на тему его отношения к успеху? Звездняк ему не грозит?

— Он в этом плане гиперадекватен! К тому же лещ у нас может вылететь от любого представителя тренерского штаба, от опытных игроков.

— Виртуальный или физический?

— Виртуальные редко бывают эффективными.

ДЕНИСОВУ НУЖНА ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ТЕРАПИЯ

— Насколько, по-вашему, успех клуба может перенестись на состояние главного тренера сборной или вратаря?

— Прямая взаимосвязь. Мы же не «Люди в черном» — стереть из памяти то, что было вчера, невозможно. Если эмоции положительные — это здорово. Если негативные, то человека нужно выводить из этого состояния дополнительным комплексом мер. Но, например, зенитовцы еще за несколько туров до конца понимали, что Лига чемпионов от них уплыла. И уже успели отойти, приедут в сборную в нормальном состоянии. А вот Игорю Денисову такая терапия, наверное, понадобится.

— Забей «Рубин» на последних минутах…

— Да, это сказалось бы на состоянии армейцев. И на моем — кстати, еще один минус совместительства.

— Перед последним туром не вспоминали матч в Казани в 2012-м, когда лишились Лиги чемпионов?

— Можно было еще и казанский финал нынешнего Кубка вспомнить. Да, не совсем наш город. Но перед полуфиналом Кубка тоже много говорили, что мы два года подряд проигрывали на этой стадии клубам из Краснодара. Знаете, это все болельщицкие дела. А в командах так никогда не рассуждают. Все зависит от текущего состояния. Никакие серии никто не учитывает. Вот не могли мы несколько лет победить «Динамо». Но там только название оставалось, а команды были абсолютно разные — то с Божовичем, то с Петреску, то с Силкиным, когда Воронин, Кураньи и Семшов показывали фантастический футбол и обыграли нас 4:0. Вот и «Рубин» за четыре года сильно изменился, и ЦСКА. Болельщиков в этот раз тоже было намного больше — это вообще фантастика!

— Когда на финише сезона конкуренты начали то обгонять вас, то откатываться назад в турнирной таблице, участились разговоры критиков с разных сторон. Вас это задевало?

— Да нет. Это будет всегда. Я скажу больше, раз вы подняли тему критиков: меня больше задела ситуация после матча во Франции. Возможно, был не готов к этому, но она меня просто шокировала. На мой взгляд, мы провели очень достойный поединок. Это касается и первого тайма, который, мягко говоря, отыграли не очень хорошо. Но, по существу, у французов было только два момента, причем во втором случае это даже не момент, а «стандарт», где был неудачный рикошет. Нельзя сказать, что соперник нас переиграл, что Акинфеев делал сейв за сейвом, спасая ворота. Да, мы не смогли придумать многого в атаке, но при этом достаточно качественно оборонялись, и моментов у французов практически не возникало.

Второй тайм можно не просто ставить в плюс, а говорить о том, что мы можем играть со сборной Франции с позиции если не силы, то собственного видения футбола. У нас же сказали так, что хозяева до перерыва показали невероятный класс, забили два легких мяча, потом бросили играть. Хотя как можно бросить играть, когда счет 2:1 или 3:2? Тогда я также могу говорить, что мы при счете 1:0 тоже бросили играть и сказали Акинфееву: давай, выручай!

Это несусветная глупость. Значит, Франция бросила играть, позволила России заковырять два мяча, при том что оба гола получились очень хорошие: первый со «стандарта», а во втором случае атака была вообще шикарная? Я все это читаю и думаю: как же так? Когда плохо — это плохо, когда хорошо, то хорошо, но когда мы выглядели нормально и я посмотрел на все то, что написали про национальную команду, это меня шокировало. Я понимал, что тренер сборной должен быть готов к такому, и я готов. Но к адекватным оценкам.

— Вы готовы к тому, что сборную всегда оценивают по-особенному?

— Теперь готов. То есть еще один положительный итог матча с Францией — это не то, что мы можем противостоять таким командами, а то, что, даже когда все будет более-менее, критика не исключена. Сборная Адвоката яркий тому пример. Она провела шикарный отборочный турнир, и то, что началось после него из-за невыхода из группы, — это же какая-то фантасмагория.

— Имеете в виду Хиддинка в 2010 году?

— Нет-нет. Адвоката в 2012 году. Мы тогда не вышли из группы, но при этом наша команда играла очень качественно.

— Кстати, в 2010 году было то же самое при Хиддинке.

— Там было не так много критики, потому что Хиддинк имел подушку безопасности в виде Еurо-2018. У Адвоката ее не было.

— Там критиковали в основном футболистов. Кальян и все прочее.

— Ну да.

— Что касается поединка с французами, очень популярна точка зрения, что когда их сборная пропускала гол, вы каждый раз собирались, взвинчивали уровень игры и без труда забивали еще один. То есть не было такого чувства, что соперник расслаблялся и играл в поддавки?

— Представьте, что вы, допустим, Матье. В запасе сидят еще три футболиста, которые выступают в «Арсенале» и «ПСЖ» и мечтают, чтобы вы сейчас что-то сделали не так. Они вас сожрут в одну секунду. Встанут с лавки и будут играть. Вы можете представить хоть одного человека с недонастроем в такой ситуации? У них ведь по два кандидата на одну позицию, и не поймешь, кто лучше. И вдруг кто-то выходит: я сейчас закурю сигарету, я железный игрок стартового состава сборной Франции. Ну, подумаешь, семьдесят тысяч на нас пришло помахать и попеть Марсельезу. Ну пусть нам русские один мяч забьют или два. Как это можно представить?

Даже если вы гоняете мяч во дворе и расслабляетесь при счете 3:0 — вы или плохо играете в футбол, или вообще не спортсмен по своей сути. Видели реакции в ЦСКА? Для меня, когда мы ведем 3:0, они самые волнительные — последние пять минут встречи, чтобы не пропустил Акинфеев, потому что в этом случае в раздевалке скандал будет в сто раз сильнее, чем если бы при счете 3:1 мы пропустили второй гол. Тебя так начинает трясти! Потому что ты понимаешь, как это важно. Все футболисты понимают, что если пропустить при счете 3:0 или 5:0 — это будет больший скандал, чем в обратной ситуации. Поэтому для меня фраза, что игроки расслабились и пропустили, не понятна. Так складывались обстоятельства.

— После того матча показалось, что особенно досталось Лодыгину — больше обсуждали его ошибку и то, что он после этого не поедет на Еurо, нежели футбол сборной.

— Всегда кто-то ошибается. И потом было много мнений об игре команды — необъективных, на мой взгляд.

— По поводу Лодыгина после этой игры у вас не возникло сомнений?

— Я не буду комментировать персональные действия игроков и могу сказать, что какая-то одна ошибка, тем более в товарищеском матче, не может повлиять в целом на ситуацию. Если мы говорим про Лодыгина — это основной вратарь «Зенита», имеющий опыт игры в Лиге чемпионов. Юрий вызывался в сборную на протяжении всего отборочного цикла и на товарищеские матчи. Да, все люди ошибаются, где-то совершают более грубые промахи, где-то менее. Если бы я после каждого промаха менял человека или вызывал кого-то другого — с ума можно было бы сойти.

— На позицию Лодыгина в сборной влияет его контакт с Акинфеевым?

— Он у них прекрасный. И потом, в первую очередь все оценивается по спортивному принципу, а дальше — если контакт хороший — это является дополнительным плюсом, но он десятый.

— Чьи позиции в команде перед началом сбора выглядят более предпочтительными в качестве второго вратаря: Лодыгина или Гилерме?

— Я не рассуждаю такими категориями. У нас будет работать вратарская бригада, и главное, чтобы они это сделали максимально качественно. Причем работая каждый индивидуально, очень важно, чтобы они помогали друг другу расти.

— В чем Гилерме оказался лучше Крицюка и других голкиперов?

— Это моя субъективная оценка, которая есть у любого тренера. И Стас Крицюк большой молодец, ярко себя проявил. Уверен, что он еще сможет играть в национальной команде, но на данном этапе выбор такой.

ГОВОРИЛ С КЕРЖАКОВЫМ И ИОНОВЫМ

— Вы сказали, что разговаривали с Жирковым и Кузьминым на тему их отсутствия в составе. С кем еще из ребят обсуждали данную тему?

— С Кержаковым был разговор, с Ионовым. Тем ребятам, которые вызывались в сборную, но по каким-то причинам сейчас не попали. Я постарался объяснить свою позицию.

— Известно, что, когда Фабио Капелло называл состав, была группа футболистов — Погребняк, Анюков, Быстров, — которые были откровенно обижены. Анюков даже потом написал знаменитое письмо-отказ.

— Именно поэтому я не вижу смысла давать расширенные списки. Чем больше людей ты включил в него — тем больше ты себя обрек на недовольство с их стороны. Для кого-то из тренеров это не важно, но лично для меня означало бы, что будет тяжелый разговор с каждым из выбывших игроков.

— Думаете, кто-то обидится из отцепленных игроков?

— Безусловно. Думаю, все обидятся. Вопрос только во внешних проявлениях. К сожалению, у меня такая работа, когда я кого-то из людей делаю несчастным. Причем не только этого человека. Но и его ближайшее окружение: друзей, родителей… Это ужасно, но это моя работа.

— Из тех, с кем разговаривали, кто тяжелее всего воспринял ситуации? Кержаков?

— Могу сказать, что все восприняли это адекватно и достойно. По крайней мере все желали сборной удачи на Еurо.

— Не пытались пообщаться с Анюковым, чтобы он пересмотрел свою точку зрения?

— Я с ним дважды общался осенью — на тот момент не пересмотрел.

— Самый легкий выбор по определению состава был с нападающими и вратарями?

— Я так не могу сказать. Мне нужно было видеть ситуацию в целом.

— Если говорить о будущем, кандидатуру Селихова рассматриваете?

— Да. Но посмотрим, где он окажется. Продолжит ли карьеру в «Амкаре», сможет ли играть второй сезон, потому что стрельнуть можно, а вот стабильно держать уровень гораздо сложнее.

МАМАЕВА И СМОЛОВА РАССМАТРИВАЮ ПО ОТДЕЛЬНОСТИ

— Удивлены прогрессом Мамаева в этом сезоне?

— Нет.

— Он изменился за то время, что был вне армейского клуба?

— Все люди меняются. Если бы они не менялись — мы все были бы младенцами в старости. Было бы странно, если бы футболист и человек в двадцать и тридцать лет был бы одинаковым. Пусть в случае с Мамаевым прошел менее короткий отрезок, но все равно было очень много событий.

— Вы рассматриваете дуэт Мамаев — Смолов именно как связку?

— Нет. Для того чтобы связка работала, нужно создать для нее определенные условия. Для функционирования связки Мамаев — Смолов в «Краснодаре» действует специальная система отбора, система перемещения игроков. И только при соблюдении большого количества условий связка эффективна. В сборной играют совсем другие люди, игра строится по другим принципам — «голую» связку вводить нельзя. Поэтому я рассматриваю отдельно Мамаева и отдельно Смолова. То же самое и с Игнашевичем и Березуцким. В ЦСКА они играют с Вернблумом и Фернандесом, а в сборной — с другими партнерами, которые несут другой функционал.

— Тем не менее взаимопонимание между ними, очевидно, налажено.

— Это хорошо. Но такое же взаимопонимание может существовать и между другими двумя или тремя футболистами. Ничего особенного в этом нет.

— В последние годы ЦСКА подписывает в основном свободных агентов, однако было принято решение расстаться с Мамаевым.

— Он был продан. Чем эта ситуация отличается от продажи Думбья?

— Мамаев — россиянин.

— Хорошо, от трансфера Жиркова?

— Жиркова все-таки «Челси» купил.

— Уверяю вас, определяющее значение имела другая составляющая, а не «Челси». Мамаев был продан очень выгодно для клуба. Хороший футболист, задешево его бы и не купили.

— Ходило много разговоров о том, что вы с Мамаевым в ЦСКА так и не смогли найти общий язык.

— Всегда в коллективе тебе с кем-то проще общаться, а с кем-то сложнее. Как правило, это напрямую связано с возрастом. Мне, например, легче общаться с игроками более опытными. Игра в «Что? Где? Когда?» — тому подтверждение. Но это не означает, что я принимаю спортивные решения, руководствуясь этим. Да, с Пашей у нас был не самый тесный контакт. Но в целом нельзя сказать, что мы ругались с ним. Я ставил определенные требования, на каком-то этапе он их великолепно выполнял. 2010 год, как мне кажется, — лучший год в его карьере. Я имею в виду до «Краснодара». Была Лига чемпионов, приглашение от «Манчестера». В какие-то моменты получалось чуть хуже. Но какой-то глобальной проблемой нельзя это назвать. Сейчас говорят: «Слуцкий переступил через себя, позвонил Мамаеву». Ничего подобного. Мы с ним всегда общались, когда виделись. Созванивались, когда Паша получил травму ахилла. На сборах в Марбелье пересекались, вместе на трибуне смотрели игру. Так что никто через себя не переступал.

ЗРИТЕЛИ НЕ ДАЮТ СПОКОЙНО СМОТРЕТЬ МАТЧИ С ТРИБУНЫ

— Скоро ЦСКА открывает новый стадион. Вы участие в его проектировании принимали?

— Спрашивали мое мнение по раздевалке. Представители медицинского штаба давали консультации по тому, как должен быть устроен медицинский кабинет, где его стоит расположить.

— С соперником по матчу-открытию клуб уже определился?

— Думаю, Роман Юрьевич объявит, когда появится определенность. Переговоры ведутся, все кандидаты — топовые команды.

— Дмитрию Аленичеву на «Открытие Арене» не понравились утопленные кресла.

— Мне тоже такая конструкция не нравится. Но в принципе это вопрос привычки. Если вы впервые сядете на обычное тренерское кресло, вы все равно не поймете, что на поле происходит. А со временем привыкаешь и уже все видишь. Но чем ниже точка обзора, тем хуже видно, конечно.

— В современном футболе вариант Бескова с просмотром матчей с трибуны невозможен?

— Не могу себе такое представить. Вокруг зрители, это мешает. Я когда прихожу на матчи других команд, только после жестких реплик получаю возможность спокойно смотреть футбол. Все подходят за автографом, сфотографироваться, что-то спросить.

— Как же Бесков выдерживал?

— Мне кажется, раньше все было иначе, более спокойно.

— С тех пор, как вы возглавили сборную, фотографироваться с болельщиками чаще приходится?

— Да.

— Сколько экземпляров биографической книги Игоря Рабинера вы уже подписали?

— Сколько их было на презентации, столько и подписал, — 200 штук.

— Кто-то из команды уже ее читал?

— Едва ли. У меня пока только два экземпляра было. Один подарил Бабаеву, скорее даже его маме. Многие игроки подходили, просили.

— Представим ситуацию: во время чемпионата Европы после отбоя заходите к кому-то в комнату, а футболист читает вашу биографию.

— Если игрок при этом плачет или, например, с выпученными глазами сидит, премия, безусловно, будет выписана. А если рожицы рисует на фотографиях…

— Назовите три главных события чемпионата, кроме чемпионства ЦСКА.

— Два со знаком минус: непопадание «Зенита» в Лигу чемпионов, что перед началом сезона сложно было себе представить, и вылет «Динамо». А со знаком плюс — «Ростов».

Отдел футбола «Спорт-Экспресс», 24.05.2016

   
   
на главную
матчи  соперники  игроки  тренеры
вверх

© Сборная России по футболу


 
Rambler's Top100
Рейтинг@Mail.ru