СБОРНАЯ РОССИИ ПО ФУТБОЛУ | СБОРНАЯ СССР ПО ФУТБОЛУ | ОФИЦИАЛЬНЫЙ РЕЕСТР МАТЧЕЙ
Сборная России по футболу

ОБЗОР ПРЕССЫ / НОВОСТИ


ИГОРЬ КОЛЫВАНОВ: «МИНУТ НА ДВАДЦАТЬ ПЯТЬ МЕНЯ БЫ СЕЙЧАС ХВАТИЛО»

Известному в прошлом футболисту, а ныне тренеру Игорю Колыванову исполнилось 50 лет. Кажется, совсем недавно он выходил на поле, но то время неумолимо отодвигается все дальше. Вот уже полтора десятка лет Колыванов — тренер.

Игорь КолывановКолыванов, Игорь Владимирович. Нападающий. Мастер спорта СССР международного класса (1990).
Родился 6 марта 1968 г. в г. Москве. Воспитанник московских СДЮСШОР-3 Советского РОНО (1976–1982) и ЭШВСМ (1983–1985). Первые тренеры — В.Б. Абаев и И.А. Швыков.
Выступал за команды «Динамо» Москва (1986–1991), «Фоджа Кальчо» Фоджа, Италия (1991–1996), «Болонья–1909» Болонья, Италия (1996–2001).
Лучший футболист СССР 1991 г.
За сборные СССР / СНГ / России провел 59 матчей, забил 15 мячей.
Участник чемпионатов Европы 1992 и 1996 гг.
Чемпион Европы среди молодежных команд 1990 г.
В 2006 году юношеская сборная России (до 17 лет) под руководством И. Колыванова стала чемпионом Европы.
Заслуженный тренер России (2006).

«МЕЖДУ СЧАСТЬЕМ И НЕСЧАСТЬЕМ — СЕКУНДЫ»

— Голы свои помните?

— Ну, конечно, не все сто семнадцать. Кажется, столько я забил за свою карьеру… Но кое-какие мячи в памяти остались. Например, как за молодежную сборную Союза забивал. С девятью голами стал лучшим бомбардиром турнира. Но главное, что в 1990 году мы стали чемпионами Европы. Команда была на загляденье: Мостовой, Канчельскис, Кобелев, Шалимов, Добровольский, Кирьяков!

— А потом разлетелись, как птицы, по европейским «гнездам». Известными были, но никто не стал знаменитым…

— Не только игроки виноваты, но и судьба, обстоятельства. И то, что Советский Союз разлетелся… Да и футбол непредсказуем. У игрока между счастьем и несчастьем — секунды. Красиво сыграл, забил гол, а потом… То ли тебя срубят, то ли сам в кого-нибудь врежешься. Или сам получишь нелепую травму.

— Как вы в девяносто четвертом…

— Играли с Сан-Марино в Лужниках. С соперником никаких проблем, настроение замечательное, счет 4:0 в нашу пользу. На последней минуте бью по мячу и… чувствую страшную боль. Это была не просто тяжелая травма, которая на полгода вывела меня из строя. Уже был готов контракт с «Интером» и это, как вы понимаете, означало повышение в классе. Но все рухнуло в одну секунду.

— Игорь Владимирович, давайте вспомним приятное. Как вы в 1991-м в Москве «Днепру» целых пять штук положили.

— Я уходил из «Динамо» в итальянскую «Фоджу» и решил устроить прощальный банкет… Мяч ложился на ногу идеально, забивать удавалось из любых положений. Настроение было странное — с одной стороны — радостно, что многое получается, с другой — грустно: уходил из такой замечательной команды. «Динамо» навсегда осталось в моем сердце.

— Еще два знаковых события того года — вы стали лучшим бомбардиром первенства, между прочим, последнего, союзного. И были признаны лучшим футболистом страны. Той самой, исчезнувшей навсегда.

— Конечно, было приятно. А вот насчет празднования… Осенью девяносто первого было очень тревожно. Полная неизвестность — да вы и сами все помните. Никто не знал, что с нами будет, как жить дальше. И тут предложение из Италии!

— Минуточку! Прежде, чем «ехать» в Италию, вернемся назад, в год вашего дебюта в «Динамо». Ноябрь 1986-го, матч с киевскими одноклубниками в спорткомплексе «Олимпийский».

— Мы лидируем в первенстве, победа делает нас чемпионами. Вышли на поле с огромным с настроем, давили. Вася Каратаев забил, кажется, минуте на пятой — пушечным, зверским ударом. Но успокаиваться и не думали, снова терзали киевскую защиту. Играли в «искренний», быстрый и техничный футбол, который нам прививал Эдуард Васильевич Малофеев.

Добровольский технично прокинул мяч между двух защитников, и я вылетел вышел один на один с Чановым. Ударил, но вратарь парировал мяч. Забил, счет стал бы 2:0. Был еще момент, когда Кузнецов сбил меня в штрафной, но судья промолчал… За десять минут до конца Рац головой забил ответный гол. Они получили драгоценное очко, а мы — жгучее разочарование.

Ответный матч состоялся через несколько дней в Киеве. Надежд, честно говоря, было немного — в столице Украины победить было сродни чуду. Переполненный стадион, понятно, был против нас, да и пенальти, по-моему, довольно сомнительный в начале встречи нас подкосил. Потом пропустили второй мяч…

Но мы боролись, и в начале второго тайма мне удалось отквитать один гол. Была еще одна неплохая возможность, но забить не удалось.

«НЕ ВЛЮБИТЬСЯ В ИТАЛИЮ НЕВОЗМОЖНО!»

— «Поехали» за рубеж! Почему вы выбрали «Фоджу»? Команда малоизвестная, только-только вышла в серию «А». А вас и в Испанию звали, и в Англию…

— Итальянский чемпионат был сильнейшим в Европе, и мне очень хотелось попробовать там свои силы. В «Фоджу» отправился еще и потому, что в ней играл Игорь Шалимов. Он мне на первых порах здорово помог — и освоиться в быту, и к команде привыкнуть. Хорошо, когда есть человек, с которым можно поговорить по-русски, отвести душу.

— А итальянский быстро освоили?

— Примерно через полгода мог довольно сносно объясняться. Но сначала было трудно. Как-то попал в нелепую ситуацию. Подошли телевизионщики, задают традиционный вопрос: «Как вы оцениваете прошедший матч?» Начинаю бодро: «Начали хорошо, имели возможности…» И все — замолчал, забыл слова. Журналист ждет, а я молчу…

Этот урок я хорошо усвоил. Да и самолюбие заело. К тому же без языка в чужой стране жить просто невозможно. Идешь по улице — тебя узнают, засыпают вопросами. Зашел выпить кофе — через двадцать минут бар полный, опять начинается «интервью».

— Жизнь в Италии. Какой она была для вас?

— Восхитительной! В Фодже — 150 с лишним тысяч жителей. Стадион «Пино Закерия» вмещает больше 25-ти тысяч, на каждом матче — аншлаг. Получается, что болеет каждый шестой! На самом же деле за «Фоджу» переживали, кажется, все — мужчины, женщины, дети, старики. Шли на стадион с трубами, барабанами, трещотками, флагами.

Жители города — добряки. «Фоджа» побеждает — в народе чуть ли не карнавал. Проигрываем — хмурятся, но успокаивают: «Ладно, не горюйте, выиграете в следующий раз…» Но если уступаем раз, другой, третий, настроение резко меняется. Ведь от любви до ненависти — один шаг.

— Вы говорили, что игра приносила колоссальное удовольствие…

— Хотя «Фоджа» была дебютантом серии «А», за очки дралась отчаянно. В Италии царствовало каттеначио — игра с явным акцентом на оборону. Мы же переворачивали традиции — играли быстро, задорно, я бы сказал, весело. Много забивали и много пропускали. Даже «Интер», «Милан» и другие гранды ехали в Фоджу с опаской — мы давали им настоящий бой.

— Вы узрели итальянские красоты? Или все заслонял футбол — сначала в «Фодже», потом — в «Болонье». Наставления тренеров, тренировки до изнеможения, потом — игры, в которых надо было отдавать не только все силы, но и частицу души, сердца…

— В «Динамо» как было? Нас запирали на базе. И тренировки, тренировки… Потом — игра. Выходной, затем все сначала. На Западе другая жизнь. Никто за тобой не следит в быту, но работать надо много и тренировки очень тяжелые. О матчах на первенство Италии и не говорю — скорости высочайшие, жесткая борьба по всему полю. И так — с начала и до конца игры.

И все же мне удалось увидеть немало итальянских красот. Замечательная, неповторимая страна — чудесные пейзажи, потрясающая архитектура. Не влюбиться в Италию невозможно, я один из многих, кто не устоял перед ее очарованием.

«ХОДИЛ С ТРУДОМ, ВРАЧИ ПРО АМПУТАЦИЮ ГОВОРИЛИ»

— Вы играли в трех сборных — СССР, СНГ и России, участвовали в двух чемпионатах Европы. Но в обоих случаях надежды оборачивались разочарованиями.

— Я же говорил, что футбол непредсказуем. В 1992 году мы попали в группу «смерти» — с Голландией, Германией и Шотландией. Однако едва не вышли в плей-офф. Очень достойно сыграли и с сильными немцами, и с чемпионами Европы 1988 года голландцами, завершив оба матча вничью. Для выхода из группы достаточно было поделить очки с шотландцами.

Но с первых минут начинается невезение. Они бьют по воротам Димы Харина — рикошет и гол. Потом новая беда — мяч отлетает от штанги, попадает вратарю в спину и — новое несчастье. Ну, а в конце игры — пенальти и 0:3…

В 1996 году — тоже были определенные надежды, которые, опять же, не оправдались. Точнее, мы их не оправдали… Проиграли Италии, Германии, сыграли вничью с Чехией.

Почему это произошло? Ответа нет. Кто виноват? Тоже не могу сказать. Хотя уверяю вас, что к обоим турнирам мы были готовы и физически, и психологически. Возможно, помешали какие-то нюансы, да и везения не хватило. Хотя состав команды был очень сильный. Для многих футболистов был потерян великий шанс.

— Имеете в виду и себя?

— Конечно. Но мне грех жаловаться на судьбу. Играл в «Динамо», где провел пять с половиной прекрасных лет, потом — в итальянских клубах. Выступал в Кубке УЕФА, немало забивал… И везде у меня были замечательные партнеры. О россиянах я уже говорил, с удовольствием вспоминаю тех, с кем играл в Италии. Это — Роберто Баджо, Кеннет Андерсен, Клас Ингессон, Дан Петреску, ставший известным тренером.

Кстати, два года подряд меня приглашали в Италию на юбилеи. В 2009-м был зван на 100-летие «Болоньи», спустя год — на 90-летие «Фоджи». Встречи были очень сердечными.

Я бесконечно благодарен тренерам, с которыми меня свела судьба — Эдуарду Васильевичу Малофееву, Валерию Васильевичу Лобановскому, Анатолию Федоровичу Бышовцу, Валерию Георгиевичу Газзаеву. Очень много дала мне совместная работа со Зденеком Земаном, Карло Маццоне. Став тренером, я часто вспоминаю их уроки.

— Вы можете пожалеть лишь о том, что пришлось рано закончить карьеру…

— Фактически ушел из футбола в тридцать три года, но на самом деле это произошло гораздо раньше. Меня замучили травмы, я лечился почти полтора года, причем, долго, мучительно. Одно время даже ходил с трудом. Врачи даже про ампутацию говорили. Однажды мне поставили диагноз, еще страшнее. Хорошо, что встретил доктора, который меня буквально спас.

— О продолжении карьеры не было и речи?

— После лечения я понимал, что на прежний уровень уже не выйду. К тому же просто устал болеть и лечиться. Так зачем выходить на поле? Чтобы оттягивать уход, мучиться, слышать свист, обидные крики с трибун? Нет, если чувствуешь, что твое время прошло, надо уходить.

— Сейчас вы возглавляете столичное «Торпедо». Для именитой московской команды сложные времена — она пребывает в Профессиональной футбольной лиге. Вы оптимист?

— Конечно, иначе не стоило бы браться за дело. В данном случае говорю о команде, в которой работаю. Буду лаконичен: предпосылки для успешного выступления есть. Но удастся ли претворить все задуманное в жизнь, покажет время. Надеюсь, оно будет работать на «Торпедо».

— Вам снятся футбольные сны?

— Да и довольно часто. Бегу, кого-то обвожу. Ну, и забиваю, конечно. Получается даже красивее, чем в жизни. Жаль только, что никого рядом не различаю. Но, судя по тому, какие я получаю передачи, партнеры у меня и во сне классные.

— Могли бы вы сейчас выйти на поле и сыграть? Не с ветеранами, а в профессиональной команде, с ребятами, которые вам в сыновья годятся. Кстати, в стародавние времена Стэнли Мэтьюз, этот английский футбольный долгожитель, первый обладатель «Золотого мяча», играл до пятидесяти лет. Да еще голы забивал.

— Форму поддерживаю, благодаря занятиям с футболистами «Торпедо», — Колыванов снова улыбается — широко, открыто, как будто я предлагаю ему выгодный контракт. — Постоянно — в гуще игры. Думаю, минут на двадцать пять в хорошем темпе меня бы хватило. Может, и на гол бы наиграл…

Валерий БУРТ

«Советский спорт», 07.03.2018

   
   
на главную
матчи  соперники  игроки  тренеры
вверх

© Сборная России по футболу


 
Rambler's Top100
Рейтинг@Mail.ru