Сборная России по футболу
 

Главная
Матчи
Соперники
Игроки
Тренеры

 

ИГРОКИ

Валерий ГАЗЗАЕВ

Валерий Газзаев

Газзаев, Валерий Георгиевич. Нападающий. Мастер спорта международного класса (1980).

Родился 7 августа 1954 г. в г. Орджоникидзе (ныне — г. Владикавказ).

Воспитанник орджоникидзевской футбольной школы «Спартак». Первый тренер — Муса Данилович Цаликов.

Играл в командах «Спартак» Орджоникидзе (1970–1973, 1975), СКА Ростов-на-Дону (1974), «Локомотив» Москва (1976–1978), «Динамо» Москва (1979–1985), «Динамо» Тбилиси (1986).

Обладатель Кубка СССР 1984 г.

В сборной СССР провел 8 матчей, забил 4 гола.

(Сыграл за олимпийскую сборную СССР 11 матчей, забил 2 гола.*)

Бронзовый призер Олимпийских игр 1980 г. Чемпион Европы в составе молодежной сборной СССР 1976, 1980 гг.

Тренер в ДЮСШ «Динамо» Москва (1986–1987). Главный тренер клуба «Спартак / Алания» Орджоникидзе / Владикавказ (1989–1991, 1994–1999). Главный тренер клуба «Динамо» Москва (1991–1993, 1999–2001). Главный тренер ЦСКА Москва (2001–2003, 2004–2008). Главный тренер молодежной сборной России (2001–2002). Главный тренер сборной России (2002–2003). Главный тренер клуба «Динамо» Киев, Украина (2009–2010). Главный тререн клуба «Алания» Владикавказ (2012–2013).

Достижения, как тренера: обладатель Кубка УЕФА (2005), чемпион России (1995, 2003, 2005, 2006), обладатель Кубка России (2002, 2005, 2006, 2008). Лучший тренер России (1990, 1995). Обладатель премии РФС «Лучший тренер-2006».

Заслуженный тренер России (2005).

*  *  *

ВСЕГДА С ПРИСТРАСТИЕМ

Мастер спорта международного класса В. Газзаев в особом представлении не нуждается. В высшей лиге он провел 290 матчей и забил 113 мячей. Быстрый, техничный, хитрый, с хорошо поставленным ударом, В. Газзаев был одним из самых ярких советских форвардов конца 70-х начала 80-х годов. Он член Клуба Г. И. Федотова, бронзовый призер Олимпийских игр, двукратный чемпион Европы среди молодежи, обладатель Кубка СССР в составе московского «Динамо». Закончив выступления на зеленых полях, В. Газзаев не расстался с футболом.

Валерий ГаззаевВ настоящее время работает в школе московского «Динамо», передает свой богатый опыт молодежи.

Сегодня В. Газзаев гость нашего еженедельника.

До обидного короток век футболиста. Видимо, поэтому, когда расстался с московским «Динамо», ставшим мне родным клубом, в душе теплилась мысль: еще пригожусь, а вдруг еще сыграю…

Приглашений хватало. И я, несмотря на хроническое заболевание верхних дыхательных путей (в последние три года по два-три раза ложился на лечение в клинику), в 33 года решил еще раз доказать, что остался у меня дух соревнования.

Речь, конечно, шла о динамовской команде высшей лиги, ибо ни за какие блага не согласился бы доигрывать в клубах другого общества или быть играющим тренером, — такие предложения тоже были, — да еще в командах других лиг. Мне всегда претило, когда слышал, как мастера из лучших клубов страны в погоне за призрачными благами все ниже и ниже опускались в своем мастерстве — в атмосфере нетребовательности к вчерашним звездам со стороны тренеров, живущих лишь одним днем, пытающихся за счет бывших больших игроков удержаться в серединке таблицы одной из зон второй лиги. Нет, я не против передачи опыта молодежи. Сегодня говорю об этом потому, что, «покатившись» по низшим лигам, хороший мастер в большинстве случаев, расслабившись и не следя за собой, деградирует не только как. игрок, но и как личность, как человек… За примерами, и не только в футболе, ходить далеко не надо.

Итак, пройдя очередной курс лечения в ЦИТО у врача Е. В. Багуцкой, после долгих сомнений решился принять приглашение в тбилисское «Динамо». Честно скажу, моего запала хватило на десять туров. Вновь обострилась болезнь, и я не стал искушать судьбу. Сейчас меня часто спрашивают, верно ли, что тбилисцы холодно отнеслись ко мне, что тренеры неохотно доверяли место в атакующих рядах? Ничего подобного. Несмотря на то, что в прошлом году у динамовцев в составе были такие нападающие, как Шенгелия, Месхи, Гуцаев, Челебадзе, тренер Н. Ахалкаци постоянно давал мне шанс проявить себя. Другое дело, что новая обстановка и необычные партнеры со своей манерой игры, и это можно понять, влияли на мою акклиматизацию в коллективе. Приходилось осторожничать, что никак не соответствовало моему характеру. А тут еще обострилась болезнь. Так последовало заявление об уходе…

Многим спортсменам свойственно оглядываться назад и вспоминать весь прошлый путь, расцвечивая его лишь приятными вехами из своей биографии. Думаю, эти слабости в конце трудной спортивной жизни простительны. Впрочем, и тут все зависит от характера. Футбольный характер у меня был ершистый. Я всегда, с любым соперником выходил играть и бороться за мяч до финального свистка. Никогда ни в одном матче, ни под кого не подстраивался. Сам не был равнодушным на поле и не терпел равнодушных и инертных рядом с собой. Меня часто упрекали в излишней придирчивости к партнерам, к соперникам, к арбитрам. Что поделаешь, до сих пор, даже сидя на трибуне, прокручивая в памяти тот или иной момент, не могу простить любому футболисту плохой пас партнеру, грубое нападение сзади, удары по ногам исподтишка, промах по воротам из выгодной позиции. Ярость, другого слова и не подберу, у меня вызывала и вызывает умышленная грубость, которую не всегда замечают судьи. Сколько же наш футбол потерял из-за этого великолепных мастеров?! Будь моя воля, я бы любого арбитра, «стыдливо» отводящего свой взгляд в сторону от грубиянов, немедленно отстранял от судейства пожизненно! Им нечего делать на футбольном поле! Они для футбола враги, они друзья костоломов! Такие, с позволения сказать, арбитры на корню уничтожают на стадионах не только дух победы, который привносят в великую игру разум и техника, но и убивают футбол как зрелище. В связи с этим вспоминаю, как меня поразили удивительные по своему пронзительному звучанию слова одного из любимых моих писателей А. Фадеева, опубликованные несколько лет назад в «Литературной газете», написанные им в послевоенное время после матча с участием ЦДКА. Выдающийся писатель сравнил любимого народом футболиста Г. Федотова, которого грубо сбили сзади с ног защитники, с «подбитым лебедем, испытывающим глубокие страдания»…

Валерий ГаззаевВпрочем, на черствые души и сердца «подбитый лебедь, испытывающий глубокие страдания», вряд ли окажет воздействие.

В Орджоникидзе, где я начинал играть в футбол, моим первым тренером был Муса Данилович Цаликов. В этом человеке поразительно сочетались любовь и требовательность к нам, мальчишкам, умение не только обучать азам футбола, но и ненавязчиво, в ежедневных беседах, исподволь внушать нам чувство прекрасного и доброго. «Соперника нужно уметь обыгрывать за счет техники», — неустанно повторял тренер. Это были для меня новые, но очень важные уроки жизни, уроки футбола. В нашем учителе на любом занятии горел огонь души, ни разу мы не видели его равнодушным. Муса Данилович настойчиво подчеркивал мысль о том, что «подлинное футбольное искусство немыслимо вне работы, как правило, изнурительной и мучительной». Энергии юным южанам было не занимать, и мы часами, не расставаясь с мячом, шлифовали технику, выполняли любое задание любимого учителя, будь то в обводке или в ударах по воротам…

Оглядываясь назад, сегодня полностью убежден, что те уроки, которые преподал первый тренер, были самыми важными в становлении моего трудного спортивного пути. И где бы позже ни играл — в орджоникидзевском «Спартаке», московском «Локомотиве» или в «Динамо», где провел лучшие года, всегда с благодарностью вспоминал школу Цаликова.

Мой с детских лет задиристый футбольной характер, скорость и техника, хорошая школа, безусловно, помогли по праву войти в 1971 году в главную команду Северной Осетии. Тогда спартаковцы выступали в первой лиге, но, тем не менее, внимательное отношение со стороны признанных лидеров команды Папелишвили, Кайшаури и Худиева помогло мне в росте мастерства, и, получив приглашение в высшею лигу к московским железнодорожникам, я уже не чувствовал себя робким новичком в компании с Г. Нодия, Семиным, Эштрековым и другими известными мастерами. Так большой футбол стал моей жизнью.

В «Локомотиве» под руководством Игоря Семеновича Волчка мне пришлось продолжать непрерывную учебу, чтобы уже на практике в единоборствах с сильнейшими футболистами страны лучше проследить законы развития «тотального футбола», правильнее их понять и затем уже следовать им в своих действиях. На весенних учебно-тренировочных сборах или в сезоне перед матчами чемпионата страны часами изучал и анализировал действия в атаке киевлян, московских спартаковцев и тбилисцев, открывая для себя неизведанное в тактике. Все чаще и чаще высказывал на предыгровых установках и послематчевых разборах свое мнение. И Волчок с присущим ему тактом одобрял такое поведение, считая, что все футболисты, должны активно участвовать в подготовке команды к играм. Конечно же, не всегда бывал прав в оценке собственных действий и действий партнеров, но тем не менее стремился до конца вникнуть во все новинки игры на передней линии без ярко выраженных фланговых форвардов, без постоянных позиций у обоих нападающих, одним из которых пришлось быть мне самому на протяжении многих лет выступлений в высшей лиге.

Лучшие страницы моей спортивной биографии связаны с московским «Динамо», хотя они совпали отнюдь с небезоблачными днями в истории популярного клуба. Команду лихорадило, Началась смена поколений. К великому сожалению, почти каждый год менялись и тренеры. Уходили из клуба такие отличные мастера, как Пильгуй, Максименков, Якубик, Гонтарь, Долматов, Маховиков, а на смену им приходила необстрелянная молодежь, без хорошей школы. Вполне пристойные матчи чередовались с провалами. «Динамо» выиграло Кубок СССР, но плохо выступало в чемпионате. Затем дошли до полуфинала Кубка кубков европейских стран, но еле-еле остались в высшей лиге.

Мы. ветераны, конечно, понимали, что такая, нестабильность вполне закономерна, но без ложной скромности скажу, что даже в те трудные дни никогда не переставал, выходя на поле, бороться за любой мяч до конца, чтобы хоть как-то увлечь за собой молодежь. И самыми счастливыми бывали для меня минуты, когда побеждало «Динамо», когда мне удавалось быть вожаком в игре! Ох, как нужен был нам в те дни хороший тренер…

«Футболистам необходимы не только универсальное мастерство, но и определенная универсальность в понимании игры», — эти слова неоднократно слышал от В. Лобановского, когда приглашался в сборную СССР. Общение с ведущими футболистами страны, советы В. Лобановского и К. Бескова оказывали мне неоценимую помощь и в игре за свой клуб. Приезжая со сборов на динамовскую базу в Новогорск, невольно заводил с молодежью разговоры о тактике современного футбола, о принципах гармоничной игры в атаке и обороне. Лев Иванович Яшин, будучи невольным свидетелем одной из таких бесед, как-то отозвал меня в сторонку и сказал: «Валерий, вот это в нашем, динамовском духе. Мы всегда помогали молодым. Быть тебе тренером!..». Увидев, что я смутился, великий вратарь продолжал: «Не век же тебе играть…». Признаюсь, что тогда как-то не воспринял эти доброжелательные слова, хотелось играть и играть…

Валерий ГаззаевЛюбой призыв в сборную СССР был для меня праздником. Мне страстно хотелось играть в основном составе главной команды. Не всегда, правда, это удавалось. Слишком большая ответственность ложится на твои плечи. Особенно, когда ты приходишь в сборную, костяк которой состоит из 8–9 игроков одного базового клуба. Поэтому любая, даже едва заметная оплошность в матче чемпионата Европы или мира, на которую в своей команде не обратили бы внимания, в сборной не проходила даром. Бывало, и в мой адрес звучали резкие критические замечания на страницах прессы, порой и меня освистывали на трибунах. Но, сжав зубы до боли в губах, все терпел, шел в атаку, лишь бы помочь команде.

Еще в детские годы запомнил на всю жизнь фамилии советских футболистов, которые выиграли золотые олимпийские медали в Мельбурне в 1956 году и звание чемпионов Европы в Париже в 1960 году. Верю, что нынешнему составу сборной страны, успешно выступающей в отборочных матчах очередного европейского чемпионата, по силам повторить успех блистательной команды 60-х годов. В связи с этим, вспоминаю, как приехал в 1981 году в аэропорт Шереметьево поздравить своих друзей из тбилисского «Динамо» с выигрышем Кубка кубков, с которым они прилетели из Дюссельдорфа. После многочисленных приветствий ответное слово от имени команды произнес один из самых техничных игроков советского футбола Д. Кипиани. Поблагодарив присутствующих за теплые слова, Давид в заключение сказал: «…Как бы я желал» получить золотую медаль и в составе сборной СССР. Вот это бы был громадный успех!». Не правда ли, слова, достойные большого мастера?!

Думаю, что читатель поймет меня и не осудит за то, что, выступая сегодня на такой большой зрительской аудитории, я не всегда последователен в своих рассуждениях и выводах. Волнение мое понятно еще и потому, что всему миру известен тезис «о футболе все знают». Я говорю об этом без иронии, тем более без желания заигрывать с любителями футбола.

Болельщики привыкли лучших футболистов и хоккеистов идеализировать как крепких парней с железными нервами. Увы, они, как и все люди, и даже, как утверждают врачи, более чем другие, подвержены чувствительности, зависимости от настроения. В этом не раз убеждался и на своем опыте, и на примере тех, кто преждевременно покидал футбол, особенно в последние годы выступлений, когда решил для себя — после долгих размышлений — стать тренером. Почему «после долгих размышлений»? Да потому, что, когда был моложе, мечтал стать юристом, перечитал гору специальной литературы. Да и среди родных и близких редко кто советовал стать тренером. И все-таки, когда вернулся из Тбилиси, и пришло время решать, колебаний не было. Наверняка и в этом выборе сказался мой характер: надо попробовать, надо рискнуть! Прирос, прикипел к футболу. Обязательно поработаю с детьми и подростками в школе. Да и знание основ юриспруденции еще никому и никогда в жизни и, думаю, в тренерской работе не мешало. И пусть не покажется кому-нибудь надуманным мое невольное сравнение тренера и юриста в каких-то аспектах деятельности: тот и другой всегда ищут истину.

А футболу истина сейчас, в период перестройки всего общества, нужна, как никогда. Не секрет, что организационные рамки нашего футбола устарели. Все отношения между игроками, тренерами и клубами регулируются всевозможными ведомственными инструкциями, не имеющими юридического характера. Да и эти инструкции на поверку оказываются липовыми. Отсутствие правовой основы приводит к тому, что у футболистов и тренеров есть только обязанности, причем весьма серьезные, связанные с настроением миллионов, но нет прав. Полностью поддерживаю Н. Старостина, К. Бескова и В. Лобановского в том, что нам необходимы футбольные клубы, имеющие юридический статут. С их созданием процесс организации футбольного дела станет более совершенным. Не надо бояться брюзжащих обывателей и «мнения» некомпетентных людей, выдающих себя за доброжелателей, но, тем не менее, пытающихся очернить наш футбол статейками «о беспорядках во второй лиге». Нужно говорить со всей партийной ответственностью, и я, как коммунист, это делаю, о серьезных и конструктивных переменах в футболе, а не о том-де, в случае создания клуба, «отделять или не отделять команду «Торпедо» от коллектива «ЗИЛа», хотя и ребенку ясно, что клубы в условиях нашего социалистического общества должны быть на крупных предприятиях.

Сегодня футболист или хоккеист команды высшей лиги работает с колоссальной нагрузкой три раза в день, полностью отдаваясь нелегкому тренировочному труду, результаты которого оценивают в матчах еженедельно миллионы зрителей. А прибавьте к этому повседневный риск. Едва начался сезон, а наш футбол уже потерял тяжело травмированного армейца Березина. На чемпионате мира по хоккею в Вене перелом челюсти, получил горьковский торпедовец Варнаков. А сколько месяцев после перелома ноги не играет киевлянин Яремчук? Называю только известные широкой публике фамилии… Вот и посудите сами, что такое большой, футбол и хоккей, и надо ли бояться слова «профессионал»?

Время летит безостановочно. Вот уже скоро год как работаю с детьми (1970 года рождения) в школе «Динамо» и, помимо этого, помогаю заслуженному мастеру спорта Ю. Кузнецову, который ведет группы юношей. У меня два сына — Владимир и Аслан. Наконец-то их отец стал ежедневно появляться дома и имеет возможность не только влиять на воспитание, а попросту повозиться с ними, ведь они должны чувствовать в семье мужскую руку.

И все-таки мои мысли даже дома витают вокруг школы. Как подготовиться к завтрашнему футбольному уроку, как сделать его интересным для мальчишек? Вновь вспоминаю М. Д. Цаликова. Его всегда отличало истинное участие в судьбе каждого из учеников, потребность донести разумное до сердца ребенка, научить нас любить книгу, знать историю своего края. Стараюсь на каждой тренировке походить на своего первого тренера-учителя, видимо, это и есть подлинная педагогика. И вот уже, узнав возможности своих ребят, размышляю о том, что нет в группе плохих или хороших. Главное, мальчишки хотят стать настоящими мастерами. В этом вся суть, в этом искомое зернышко. Нам, тренерам, надо суметь найти, схватить, поднять это, пока еще совсем зеленое, зернышко. И только тогда можно вытянуть за ним все самое лучшее в маленьком человеке, мечтающем стать большим футболистом, а все плохое в характере, во взаимоотношениях с другими ребятами отлетит в сторону, как шелуха. Трудно работать с детьми? Здесь двух мнений не существует. Трудно! Ведь ребенок беззащитно открыт всему — и доброму, и злому.

У поэта Ю. Воронова написаны прекрасные стихи о войне и о блокаде Ленинграда. В них есть удивительные строки, которые стали созвучны нашим дням.

   Что стоит жизнь
   В довольстве и покое,
   Когда ее пытаются лепить,
   Фальшивя перед делом и строкою?
   Легко казаться,
   Очень трудно - 6ыть!


Такие строки вряд ли кого оставят равнодушными, особенно тех, кто работает с детьми, воспитывает молодежь.

Каждое утро спешу на стадион «Динамо» к своим ребятам, чтобы еще и еще раз донести до них хотя бы маленькую частичку разумного, передать свой футбольный опыт. Чувствую, как и сам обогащаюсь от общения с юными. Наверняка даже этот небольшой период работы в школе пригодится мне и в дальнейшей, нелегкой тренерской деятельности. Действительно: «Легко казаться, очень трудно — быть!».

Еженедельник «Футбол-Хоккей» №18, 1987

*  *  *

«БЕЗ ЭМОЦИЙ ЖИЗНЬ МЕРТВА. ФУТБОЛ ТОЖЕ»

«Не успел я задать первый вопрос, как хозяин кабинета на втором этаже футбольной базы ЦСКА закурил сигарету…»

Валерий ГаззаевС этого предложения, придуманного мною по дороге в Ватутинки, и должен был начинаться материал. Однако едва я приоткрыл дверь, как Валерий Газзаев с гордостью произнес:

— Не поверите, но я уже неделю не курю.

— Что, врачи запретили?

— Бросил сам. Без чьих-либо советов и рекомендаций. Решил, что пора избавляться от дурных привычек.

— Вы мне сейчас напомнили Никиту Михалкова, который однажды, когда я предложил ему сигарету, артистично поднял руки вверх со словами: «Спасибо, но должен же я в этой жизни хотя бы что-нибудь не делать!»

— А я вот 30 лет назад совершил, наверное, свою самую большую ошибку, когда первый раз затянулся.

— Но от тренеров вы это, полагаю, тщательно скрывали. Зато когда сами стали тренером…

— Пачка за игру уходила. А за день — две с половиной, а то и три.

— И как себя чувствуете без никотина?

— Да вроде бы нормально. Но в любом случае обратного пути нет — я же слово дал. А мужчина, бросающий слова на ветер, сразу же теряет уважение.

— А каким образом его можно завоевать?

— Правильными поступками: по отношению к семье, друзьям и на работе. Нельзя терять достоинства и своего лица ни при каких обстоятельствах. Разошлись пути с человеком, которого ты считал близким, — не говори о нем за спиной ничего дурного. Никогда никого не предавай и не подставляй. Ни в каких ситуациях не опускай руки — борись до конца.

— Вы начали с семьи…

— И это не случайно. Помню, только женился, и мой друг с нелегкой судьбой как-то сказал: «Самое сложное и тяжелое в жизни — содержать семью». Помните, как у Экзюпери: «Вы в ответе за тех, кого приручили». Так и ты — в ответственности за жену, детей, которых должен поставить на ноги и воспитать на собственном примере.

— А кому обязаны тем, что стали именно таким, каким вас знают родные и друзья?

— Прежде всего родителям. Да и влияние двора и улицы тоже сыграло роль.

— Каким вам видится детство с расстояния прожитых лет?

— У меня было счастливое детство. И все благодаря родителям. Не знал, что такое выйти из-за стола голодным. Но чтобы на этом столе с утра лежала буханка хлеба и стояла бутылка молока, мама поднималась в четыре утра и шла в магазин. А у прилавка нужно было еще длиннющую отстоять очередь. А еще родители делали, по-моему, невозможное, чтобы дать нам, детям, полноценное образование. Они — великие труженики, хотели, чтобы мы приносили пользу людям, с уважением относились к старшим, заботились о стариках. Прошли годы, и я, уже будучи отцом, не раз повторял эти на первый взгляд прописные истины своим детям.

— Вы родились и выросли на Северном Кавказе. Как бы в нескольких словах сформулировали самый важный закон гор?

— Никогда не урони честь и достоинство. Настоящий джигит лучше умрет стоя, чем будет жить на коленях.

— Вы упомянули о своем дворе. Каким он был?

— Очень спортивным. Нас не баловали игрушками. Зато во дворе был футбольный мяч. Один на всех. После школы мы забрасывали портфели домой и — гурьбой на улицу. За учебники садились тогда, когда уже мяча в сумерках не видно было.

— Под влиянием учителей, в том числе и футбольных, тоже формировался ваш характер? А вашим первым тренером был Цаликов, я не ошибаюсь?

— Да, Муса Данилович был моим первым тренером в футбольной школе и в команде мастеров «Спартака» из Орджоникидзе (ныне — Владикавказ. — Прим. Л.Т.).

— Всегда играли в нападении?

— Никогда на поле амплуа не менял. Как и в жизни не изменял своим принципам.

— Однако многие считают, что за последнее время вы заметно изменились.

— Мне об этом уже приходилось слышать. Но разве может человек стать другим за считаные месяцы?! Другое дело, что с годами ты мудреешь. Но это ведь естественный процесс. Так вот, не Газзаев изменился, а отношение к нему. Взять ваших коллег, журналистов. Им же надо как-то объяснить, почему тренер, в чье сердце они еще вчера выпускали одну ядовитую стрелу за другой, сегодня, неожиданно для них, добился успеха.

— А ваше отношение к журналистам также «дало крен» в лучшую сторону?

— Да я всегда доброжелательно и с пониманием относился к представителям вашей профессии. Но при этом не стеснялся высказывать свое мнение — независимо от того, нравится оно кому-то или нет. Да, другой человек на моем месте, вероятно, промолчал бы. Но я такой, какой есть, и меня уже не переделать.

— В свое время я позволял себе неодобрительно высказываться в адрес Валерия Лобановского по поводу его «выездных моделей» и «гроссмейстерских ничьих». И он совершенно не обижался. Больше того, при встрече каждый из нас аргументированно доказывал свою правоту.

— Что ж, каждый журналист имеет право на свою точку зрения. Но давать категорические оценки, рассуждать об игре, а при этом лишь поверхностно знать, что происходит с командой или с игроком, — разве это профессионально? К примеру, не вы, а я каждый день работаю с братьями Березуцкими с тех пор, как они пришли в ЦСКА. И после первых же занятий увидел в них одаренность. А вскоре обратил внимание, как они быстро прогрессируют. Но на этих двух молодых парней обрушился водопад критики, причем связанной не только с игрой. Журналисты позволяли себе унижать их человеческое достоинство. Вы можете быть не согласны с методами моей работы и вправе говорить об этом. А рассудить нас может только результат. И вот мы становимся чемпионами. Но, оказывается, «без чемпионской игры». Возникает вопрос: а какую же игру тогда показывали остальные? На самом же деле в 2003 году (как, впрочем, и в нынешнем) я строил игру, исходя из возможностей футболистов. А возможности Попова и Вагнера совершенно разные. Так же, как Шершуна и Игнашевича или Соломатина и Жиркова. Или Яновского и Карвалью. И, наконец, возможности вчерашних и сегодняшних Березуцких опять-таки разнятся.

— Что там говорить, братьям доставалось от нас, журналистов, больше, чем кому бы то ни было. И, естественно, тренеру, который упорно продолжал ставить их в состав да еще привлек в сборную. Что это — вера в игроков, тренерское чутье или дух противоречия?

— А как вы считаете — появится дух противоречия после того, как прочитаешь: дескать, Березуцких можно ставить только тогда, когда все остальные защитники в ЦСКА умрут… Но вовсе не в эмоциональном порыве я продолжал доверять братьям. Видел их перспективу и, указывая на ошибки, которые они совершали, старался помочь их устранить.

— Как раз недавно и Алексей, и Василий говорили мне, что поддержка Газзаева в тот период имела для них особенно большое значение. А в чем она еще проявлялась?

— Я часто и подолгу беседовал с ними. «Самое главное, что тренер в вас верит» — вот основной лейтмотив наших разговоров. И еще процитировал как-то булгаковского профессора Преображенского, который рекомендовал для лучшего самочувствия не читать с утра советских газет.

— Словом, вы выполняли функции психотерапевта.

— В какой-то степени. По крайней мере неоднократно повторял им: «Сегодня я страдаю так же, как и вы. Но вы талантливые молодые люди. Только надо работать на тренировках до седьмого пота. И мы со временем докажем нашу правоту». Посудите сами: прежде чем ребенок появляется на свет, плод развивается в чреве матери девять месяцев. Это закон природы. И в футболе есть свои законы. Уметь ждать — едва ли не самый важный из них. По крайней мере для тренера.

— А если бы Березуцкие не заиграли? В конце концов футбол знает немало примеров, когда тот или иной футболист с незаурядными данными неожиданно останавливается в росте. Что тогда?

— Конечно, это был бы удар по моей тренерской репутации. Как и в истории с 17-летним Акинфеевым, ошибись я в нем. Ведь никакой гарантии в подобных случаях тебе никто не даст. И тренер, даже видя перспективу в игроке, конечно, рискует, предоставляя ему место в составе. Но разумный риск лично у меня всегда берет верх над инстинктом самосохранения. И когда ко мне в руки попадают такие талантливые игроки, как Березуцкие, Акинфеев, Жирков, Карвалью, Красич, моя задача — развить их сильные качества. А без доверия это невозможно.

Валерий Газзаев— Великий Тарасов, доверив ворота 17-летнему Третьяку, обратился к своим титулованным игрокам: «За Владиком надо ухаживать, как за девушкой. Вас много, а он один». По словам Акинфеева, вы тоже его оберегали.

— Я дозировал его нагрузки. Психологические в первую очередь. Да, дебют в Самаре получился блестящим. Но вскоре была ничья в Элисте — 2:2, которую не занесешь Акинфееву в актив. Как, впрочем, и всей команде. Но я ему дал отдохнуть не потому, что пропустил два мяча, а потому, что видел, что он устал. Нечто подобное на первых порах происходило и с Березуцкими. И по этой причине они далеко не всегда появлялись на поле вместе. А иной раз оба пропускали игры. Но время все равно работало на них и на меня — они ведь росли.

— Но кто знает, какой лимит отпущен тренеру. Сроки его контракта, как показывает практика, носят весьма условный характер. И вы вполне могли передать открытых вами одаренных игроков в руки своего коллеги.

— Безусловно. Нечто подобное произошло в национальной сборной. Кто сегодня защищает ее цвета? Братья Березуцкие, Акинфеев, Игнашевич, Алдонин, Аршавин, Кержаков… Это я открыл для них зеленый свет в свою заметно омоложенную команду, ибо понимал: настал черед этой плеяды, которая в ближайшем будущем должна заявить о себе всерьез. И надо было, сказав спасибо многим игрокам сборной предыдущего поколения, делать ставку на молодежь.

— Но Валерий Карпин мог бы вам помочь на этом революционном этапе, как помог, к примеру, Виктор Онопко.

— Мог. Хотя бы потому, что Карпин настоящий профессионал и лидер по духу. Кстати, я иногда ему звоню в Испанию и консультируюсь по вопросам, которые меня интересуют. Но тогда при встрече на Кипре он честно признался: «Валерий Георгиевич, хочу все усилия сосредоточить на работе в клубе». И я по-человечески его понял.

— Ну, а вы, на мой взгляд, наоборот, если бы могли целиком и полностью сконцентрироваться на работе в сборной, то, возможно, трудились бы в ней по сей день.

— Возможно. И сегодня, после того как на собственной шкуре испытал все «прелести» совмещения, могу твердо заявить: тренер сборной не должен работать в клубе. Впрочем, к этому выводу пришел еще до матча с Израилем, после которого и подал в отставку. Поскольку начал понимать: разрываясь на два фронта, добиться положительного результата на обоих очень тяжело. Больше того, при этом существует шанс не выполнить задачу ни там, ни здесь. Ведь неудача в клубе отражается на твоей деятельности в сборной, и наоборот. Словом, на твои плечи ложится непосильная психологическая ноша.

— И вы приняли решение в пользу клуба?

— Да. И, как видите, не зря. Хотя, как известно, нет правил без исключений. Помните, как Лобановский переезжал вместе с десятью игроками киевского «Динамо» из Конча-Заспе в Новогорск? При таком варианте совмещение возможно. При всех остальных — нет.

— В августе 2003-го вы приняли действительно верное решение. Но это выяснилось позже. А в тот момент могли просто психологически сломаться, и вам уже трудно было бы повести за собой клубную команду.

— К тому времени я прошел уже через многие испытания и отчетливо понимал: все гладко в жизни не бывает. Да и за саму жизнь человеку приходится бороться не только тогда, когда он находится на больничной койке в критическом состоянии. Борьбу эту ведешь ежедневно, ежечасно, ежеминутно. А заключается она в том, чтобы отстаивать свои позиции и свою линию. Конечно, при первой же серьезной неудаче или при проявлении несправедливости по отношению к тебе можно махнуть на все рукой. Но тогда и все твои мечты моментально рушатся. А это самое страшное.

— Так кто же сильнее — человек или обстоятельства?

— В идеале человек должен быть сильнее любых обстоятельств. Или как минимум стремиться к этому.

— Восемь лет назад в Валенсии я спросил у Хорхе Вальдано: «Благодаря чему сборная Аргентины выиграла чемпионат мира 1986 года?» «Дело в том, что у нас в команде было 20 нормальных людей и один ненормальный. Он и выиграл нам чемпионат» — услышал я в ответ. Понятно, что Вальдано имел в виду своего друга Марадону с его непредсказуемыми действиями не только на поле, но и за его пределами.

— Марадона — личность. В политике, истории, бизнесе, спорте все определяют исключительно личности. Да, у них сложнейший, а порой и невыносимый характер. Но без этих уникумов жизнь была бы серой. Она вообще остановилась бы в своем развитии.

— Но как находить тренеру общий язык с такими неординарными людьми?

— Надо не только беседовать с ними, но и прислушиваться к ним. Однако грести мы должны в одном направлении, которое определяет все-таки тренер. Но прежде или постепенно необходимо обратить игроков в свою веру. Только при этом условии можно выиграть, к примеру, Кубок УЕФА.

— Представляю, как вы радовались после победы в Лиссабоне. А был ли матч на пути к финалу, который вас особенно огорчил?

— Признаться, очень расстроился в Осере, где ЦСКА уступил — 0:2. И, стоя рядом с Гинером и Абрамовичем, не мог скрыть своего огорчения. И тогда Роман Аркадьевич за считаные секунды сумел изменить мое настроение. «Да, есть президент, тренер, игроки. Но самая главная фигура — это Клуб», — сказал он. «А наш-то, армейский, пробился в полуфинал», — подумал я про себя и тут же заметно повеселел. Что ж, имидж клубу создают многие. Но для каждого из нас его интересы должны быть превыше всего.

— Как мне кажется, это понимает не только Абрамович, но и вы с Гинером.

— Естественно. Что касается Евгения Ленноровича, то я убеждаюсь в этом всякий раз, когда на следующий день после матча мы в течение двух часов обсуждаем прошедшую игру, а также ближайшие планы команды. И хотя президент не слишком охотно высказывается об игре и игроках, мне интересна его точка зрения. Ибо после обмена мнениями двух в одинаковой степени переживающих за дело людей каждый из нас неизменно извлекает для себя определенную пользу.

— Вы с самого начала нашли понимание и поддержку президента?

— Да. И когда я по его приглашению пришел в ЦСКА, то он нисколько не удивился, что новый тренер собирается более чем наполовину обновлять команду. Помнится, я назвал ему фамилии 12 игроков, с которыми придется расстаться. «Расставайтесь и заполняйте вакансии теми, кем считаете нужным», — сказал мне тогда Гинер, выдав таким образом карт-бланш. Мы наметили стратегическую линию и строго ее придерживались. Думали о сегодняшнем дне команды, а в уме держали завтрашний. Устанавливая планку на той высоте, которая со стороны казалась завышенной. И чтобы ее покорить, вынуждены были во второй раз внести в ряды команды ощутимые перемены — вновь отказаться от услуг большой группы игроков, заменив их более классными. И снова президент, будучи уверенным в правильности выбранного пути, проявил максимальную выдержку. И при этом как истинный профессионал своего дела с самого начала создал для тренерского штаба и игроков такие условия, чтобы мы могли заниматься футболом и только футболом. От нас же требовалось лишь давать результат. А он уже зависит от искусства тренера и игроков.

— Кто ваш самый большой критик?

— Я сам себе судья и адвокат. Впрочем, адвокат я, прямо скажем, неважный.

— Тот же Вальдано, возвращая Ромарио в «Валенсию», был уверен в том, что от него с понедельника до субботы будет болеть голова у всех работников клуба — от дворника до президента. Зато в воскресенье, в день матча, опять-таки все, и в первую очередь тренер, могут спокойно отдыхать. И этот отдых им обеспечит не кто иной, как Ромарио.

— Да, и со звездами надо находить компромисс, даже если они относятся к разряду конфликтных людей. Это часть тренерской деятельности. Ну, а без конфликтов ни в семье, ни в команде не бывает. Надо только уметь своевременно их гасить.

— Вы можете сделать замечание игроку по поводу его прически или серьги в ушах?

— Только в том случае, если этим игроком является мой сын. Да, наша команда живет по определенным правилам, которые надо неукоснительно соблюдать. Ну, а свободное время каждый проводит на свое усмотрение. И одевается тоже. И носит прическу, какая ему нравится. Это их личное дело, и тренер тут ни при чем. Кстати, в советские времена вопрос о том, как должен выглядеть наш футболист, решали в ЦК. Но эти времена остались позади.

— На смену им пришли нынешние, когда команду можно усилить футболистами пяти континентов. С другой стороны, многие ваши коллеги сетуют, что с ними появляются дополнительные проблемы.

— И это надо воспринимать как должное. Ведь к нам приезжают люди с иным менталитетом, различным вероисповеданием и образом жизни. Я от них требую только одного: уважения к стране, в которой они теперь обитают, уважения к партнерам, с которыми играют. А также хочу, чтобы они жили интересами клуба, чьи цвета защищают и где обеспечивают себя и свои семьи. Насильно мил не будешь, и я не заставляю легионеров любить Россию. Но ни один иностранец не должен приезжать со своим уставом в чужой монастырь. Кстати, все игроки ЦСКА знают мое мнение на этот счет.

— А знают ли легионеры, откуда родом их тренер?

— Я им об этом не говорю. Но когда бываем во Владикавказе, по-моему, догадываются без слов.

— ЦСКА единственный российский клуб, который не отказался от предсезонных сборов в Израиле. Почему?

— Да, мы ежегодно выезжаем в Израиль, поскольку там великолепные условия для подготовки. По крайней мере лучшие из всех тех, с которыми мне когда-либо приходилось сталкиваться.

— А есть ли какая-то связь между посещением святых мест в Иерусалиме и последними достижениями ЦСКА?

— Есть, и самая прямая. Верующие люди непременно хотя бы раз в год должны побывать в Иерусалиме и его окрестностях. К слову, без веры — не будет жизни на Земле.

— А верите ли вы в любовь с первого взгляда?

— Как в нее не поверить, если в 21 год я впервые случайно в Орджоникидзе увидел Бэлу и тут же решил: это моя будущая супруга. И вот уже 30-й год мы вместе.

Валерий Газзаев

1978 год. Валерий Газзаев - лидер атак московского «Локомотива».

— Но чтобы так произошло около 30 лет назад, одного вашего решения было недостаточно — нужно было добиться еще и согласия девушки.

— И я добивался. В течение года. И как сейчас помню, в декабре в очередной раз провожал ее домой и сказал: «Через неделю мы должны сыграть свадьбу». Она дала согласие. На тот момент я уже год отыграл в «Локомотиве» и был в состоянии содержать семью.

— Свадьба была в Орджоникидзе, и на ней наверняка собралось так же много гостей, как и в Москве в ресторане «Союз», где вы отмечали свой сотый гол?

— В Москве было человек сто, а на свадьбе еще больше.

— На самом деле друзей много не бывает?

— У меня немало друзей, и я дорожу и оберегаю нашу дружбу. Поступаю так, чтобы люди во мне не разочаровались. Прощаю ошибки, но никогда не прощу предательства.

— А вы в ком-то разочаровывались?

— Случалось. В такие дни, хотя их было мало, на душе становилось скверно.

— Политикой интересуетесь?

— И политикой, и экономикой. Прежде всего России.

— В таком случае вам, наверное, вдвойне было интересно встретиться с президентом в Кремле?

— Да, общение с Владимиром Владимировичем — и как с президентом, и как с болельщиком — произвело на меня сильное впечатление. Что там скрывать: очень приятно было беседовать с лидером государства, который искренне переживал за нашу команду во время финала в Лиссабоне.

— Вы когда-нибудь плакали от счастья?

— От счастья нет, с горя плакал. Когда в феврале 83-го потерял отца. Рыдал и не хотел верить, что никогда больше не услышу его голос.

— Не мешает ли вам природный темперамент по ходу матча анализировать игру и принимать верные решения?

— Без эмоций жизнь мертва. И игра тоже. Но эмоциональность тренера должна быть им же самим контролируемой. Тогда она становится рациональной. С одной стороны, у тебя острое восприятие всего, что происходит на поле, с другой, когда, к примеру, ты идешь в перерыве в раздевалку, то на смену эмоциям приходит хладнокровие, позволяющее в течение нескольких минут разобрать игру и внести в нее необходимые коррективы. Ну, а на установке стараюсь передать свой эмоциональный заряд футболистам.

— Березуцкие мне говорили, что после вашей установки выходишь на поле, как на последний бой. От них же я узнал, что 22 мая, в день матча со «Спартаком», вы с утра неожиданно сделали тренировку.

— Видите ли, 18-го мы играли в Лиссабоне. И я понимал, что на следующий день футболисты наверняка праздновали победу в кругу близких. Потом наступил черед официальных приемов. Словом, мягко говоря, целенаправленной подготовки к матчу со «Спартаком» не получилось. И вот после нескольких дней отдыха я решил в день матча провести часовую тренировку — с 11.15 до 12.15.

— Не опасались, что у футболистов на игру попросту не хватит сил?

— Нет. Мне надо было встряхнуть их, и потому тренировка носила более эмоциональный характер, чем обычно. Ну, а о том, что сил у нас на игру хватило, свидетельствует счет — 3:1.

— Йохан Кройф в июне 82-го на своей вилле в 50 км от Барселоны давал мне интервью, в котором высказал весьма оригинальное мнение. Дескать, тренер не всегда со скамейки может своевременно заметить изменения в характере игры. В этом случае ему на выручку приходит лидер команды, который сам вправе поменять даже тактическую расстановку.

Валерий Газзаев— Во-первых, игроку некогда этим заниматься. А во-вторых, со скамейки виднее. Уверен, что Кройф-тренер со мной бы согласился.

— Где и когда вам удается послушать музыку?

— В машине иногда слушаю радио «Ретро».

— Выходит, дороги вам старые добрые времена, когда еще играли сами. А раз так, значит, не забываете и о своих тренерах. А правда ли, что Волчок дважды возвращал вас в «Локомотив» из Орджоникидзе, когда вы тайком покидали Москву?

— Нет, не два, а четыре раза Игорь Семенович приезжал за мной.

— Неужели Москва так не понравилась?

— Понравилась. Просто не мог без родителей, без родственников, без друзей. Но сегодня я очень благодарен Волчку, что он все-таки добился своего, и я в итоге остался в «Локомотиве». Я был молодой, куда более эмоциональный, чем сейчас. И только благодаря советам такого тонкого педагога, как Волчок, делал правильные шаги. Ну, а окончательно как игрок сформировался в «Динамо» у Александра Александровича Севидова. В 79-м он собрал потрясающую команду, но мимолетная встреча Севидова в Америке с другом, эмигрировавшим за океан, стоила ему должности. Не произойди этого, уверяю вас, мы бы на протяжении лет десяти составляли бы конкуренцию и киевскому «Динамо», и «Спартаку».

— Кстати, Бесков звал вас в «Спартак»?

— Да, но чуть раньше я обещал Севидову перейти в «Динамо». Правда, в тот момент мне и в кошмарном сне не могло присниться, что за восемь с половиной лет в команде тренер будет меняться девять раз. Между прочим, будучи игроком, я даже не задумывался о тренерской карьере. Но однажды весной 85-го, после полуфинального матча на Кубок кубков с «Рапидом» в Вене, именно Севидов настоятельно рекомендовал мне в дальнейшем выбрать эту профессию. И в тот вечер решил последовать его совету.

Валерий Газзаев
Валерий Газзаев

— Что ж, уроки Волчка, Севидова, а также Бескова и Лобановского, с которыми тоже пересекалась ваша судьба, не прошли для вас даром…

— Да, в 1995 году «Алания», которую я тренировал, стала чемпионом России. А какой в тот период был подъем осетинского футбола — передать словами невозможно. На традиционные турниры «Кубок президента» к нам приезжали ведущие клубы Европы и Южной Америки. Да и сам президент Северной Осетии Ахсарбек Хаджимурзаевич Галазов (одновременно он был и президентом клуба. — Прим. Л.Т.) очень много сделал для развития футбола в своем регионе. Не сомневаюсь, что и нынешний глава республики Таймураз Дзамбекович Мамсуров не останется равнодушным к судьбе «Алании» и вместе с президентом клуба Сергеем Такоевым поможет команде снова вернуться в число лидеров российского футбола.

— Около десяти лет спустя после победы «Алании» в чемпионате вы выиграли с ЦСКА Кубок УЕФА, во что многие, будем откровенны, не слишком-то верили.

— Вы знаете, когда прежде смотрел по телевизору, как поднимаются на пьедестал победители Лиги чемпионов или Кубка УЕФА, ловил себя на мысли: неужели мне и моей команде не суждено пережить такие минуты? Теперь вы можете себе представить, какие чувства я испытывал в те мгновения, когда 18 мая в небе над Лиссабоном вспыхнули разноцветные огни салюта в честь первой победы российского клуба в Кубке УЕФА! Ради таких мгновений и стоит жить.

— Очевидцы утверждают, что Кубок УЕФА еще лучше смотрится рядом с Суперкубком Европы.

— Я тоже так думаю. Но пока могу обещать лишь одно: каждый из наших игроков, кто выйдет 26 августа на поле стадиона «Луи II», будет стремиться реализовать свой потенциал на все сто процентов. Остальное, как говорится, в руках Божьих.

— С тех пор как Гинер пригласил вас на должность главного тренера ЦСКА, армейский клуб за сравнительно короткий срок выиграл чемпионат страны, дважды становился его серебряным призером, дважды побеждал в розыгрыше Кубка России, а три месяца назад завоевал Кубок УЕФА. Что вам еще надо для полного счастья?

Валерий Газзаев— Какими бы ни были успехи любого человека в работе, во многом его настроение определяет благополучие семьи. У меня прекрасная жена. 25-летний сын Владимир — ведущий специалист административной коллегии федерального арбитражного суда Московского округа. Аслан, который на год моложе, занимается бизнесом, а 11-летняя Виктория учится в школе. Что еще нужно для полного счастья? Разве что понянчить внуков и выиграть Лигу чемпионов.

…В шахматы, которые порой сравнивают с футболом, нельзя одновременно играть белыми и черными. Эту истину, имеющую прямое отношение к линии поведения каждого из нас, похоже, хорошо усвоил Валерий Газзаев. И все свои сознательные годы «играет одним цветом», до конца отстаивая собственные принципы и свою позицию. Может, именно поэтому лишь ему одному на всем огромном постсоветском пространстве удалось привести свою команду к триумфу в престижном европейском турнире? Но, как видите, он не собирается останавливаться на достигнутом. А мужчина, воспитанный по законам гор, слов на ветер не бросает.

Леонид ТРАХТЕНБЕРГ. «Спорт-Экспресс», 25.08.2005

*  *  *

«ПОСЛЕДНЕЕ СЛОВО ЗА МНОЙ»
Еженедельник «Футбол» №29, 2009
Один из самых известных и титулованных российских тренеров — Валерий Газзаев приступил к работе в киевском «Динамо». Команду он принял из рук своего давнего друга — Юрия Семина, который, в свою очередь, вернулся в российский «Локомотив». Газзаев тоже не исключает в будущем возвращения домой, но пока он только начинает отрабатывать трехлетний контракт с киевлянами. Подробнее ››

*  *  *

«ОЧЕНЬ ХОЧЕТСЯ ЕЩЁ РАЗ ПОРАБОТАТЬ СО СБОРНОЙ»
«Спорт-Экспресс», 28.12.2009
Гостем «Спорт-Экспресса» стал известный российский специалист Валерий Газзаев, ныне возглавляющий киевское «Динамо». Полуторачасовой разговор, естественно, начался со взаимных поздравлений с наступающим Новым годом… Подробнее ››

ПЕРВАЯ ОЛИМП НЕОФИЦ ДАТА МАТЧ ПОЛЕ
и г и г и г
1           06.09.1978    ИРАН - СССР - 0:1 г
2 2         19.11.1978    ЯПОНИЯ - СССР - 1:4 •• г
3           23.11.1978    ЯПОНИЯ - СССР - 1:4 г
4 3         26.11.1978    ЯПОНИЯ - СССР - 0:3  г
5           19.04.1979    СССР - ШВЕЦИЯ - 2:0 д
6           05.05.1979    СССР - ЧЕХОСЛОВАКИЯ - 3:0 д
        1 1 07.05.1980    ГДР - СССР - 2:2  г
7 4         12.07.1980    СССР - ДАНИЯ - 2:0  д
    1       20.07.1980    СССР - ВЕНЕСУЭЛА - 4:0 д
    2       22.07.1980    СССР - ЗАМБИЯ - 3:1 д
    3       24.07.1980    СССР - КУБА - 8:0 д
    4       27.07.1980    СССР - КУВЕЙТ - 2:1 д
    5       29.07.1980    СССР - ГДР - 0:1 д
    6       01.08.1980    СССР - ЮГОСЛАВИЯ - 2:0 д
8           23.03.1983    ФРАНЦИЯ - СССР - 1:1 г
    7 2     18.05.1983    БОЛГАРИЯ - СССР - 2:2 •• г
    8       26.05.1983    СССР - ГРЕЦИЯ - 3:0 д
    9       07.09.1983    ВЕНГРИЯ - СССР - 0:1 г
    10       05.10.1983    ГРЕЦИЯ - СССР - 1:3 г
    11       12.10.1983    СССР - БОЛГАРИЯ - 0:0 д
ПЕРВАЯ ОЛИМП НЕОФИЦ  
и г и г и г
8 4 11 2 1 1

Карьера главного тренера сборной:

ПЕРВАЯ ОЛИМП НЕОФИЦ ДАТА
МАТЧ
ПОЛЕ
1     21.08.2002    РОССИЯ – ШВЕЦИЯ - 1:1 д
2     07.09.2002    РОССИЯ – ИРЛАНДИЯ - 4:2 д
3     16.10.2002    РОССИЯ – АЛБАНИЯ - 4:1 д
4     12.02.2003    КИПР - РОССИЯ - 0:1 г
5     13.02.2003    РУМЫНИЯ - РОССИЯ - 2:4 н
6     29.03.2003    АЛБАНИЯ - РОССИЯ - 3:1 г
7     30.04.2003    ГРУЗИЯ - РОССИЯ – 1:0 г
8     07.06.2003    ШВЕЙЦАРИЯ - РОССИЯ – 2:2 г
9     20.08.2003    РОССИЯ - ИЗРАИЛЬ - 1:2 д
9          
+4  =2  —3          
на главную
матчи  соперники  игроки  тренеры
вверх

© Сборная России по футболу


 
Rambler's Top100
Рейтинг@Mail.ru